До домика Алисы было не так уж и далеко, но Эдвард никуда не торопился, спокойно идя по аллеям со столь ценным грузом на руках. Спавшая девушка казалось совершенно беззащитной, но полностью ему доверившейся, сейчас крепко вцепившейся в его рукав как хоть во что-то в этом мире, от чего не ожидала подвоха. Хотя, сам Эдвард не мог не признать, что сам точно так же вцепился в этот лагерь, за неделю ставший для него чем-то родным и близким, гораздо более близкий сердцу, чем все то, что помнил из своего настоящего мира.

В окне домика еще горел свет, и Эдвард не удивился, когда тихо позвав, чтобы случайно не нарушить покой Алисы, уже через пару секунд обнаружил перед собой Ульяну, открывшую дверь так, словно просто влетела в нее с разбега. Только мысленно похвалил себя, что предусмотрительно отошел подальше.

– Эдвард! – обрадованно приветствовала его мелкая, но он сразу же на нее зашипел, состроив страшное выражение лица. Ульяна остановилась на полуслове, только сейчас замечая, какую картину видит перед собой.

– Видишь, спит, – тихим голосом указал Эдвард, проходя внутрь и укладывая Алису на кровать, где Ульяна предусмотрительно откинула одеяло, – Умаялась за день, наверное… – пришлось опустить на одно колено, поскольку все еще продолжала держать за его рукав. Не получилось даже сразу пальцы разогнуть, осторожно освобождаясь от нее. Когда все-таки опустил и вторую руку, Алиса как-то разочарованно вздохнула и повернулась на бок. Может быть, ей даже сейчас что-то снилось.

– Эд, – с сомнением протянула Ульяна, глядя на свою соседку, – Это то, о чем я сейчас подумала...

– И о чем же ты подумала? – попытался сделать он непонимающий вид, но по глазам девчонки стало понятно, что уже обо всем догадалась.

– Мне не пять лет! – обиженно буркнула рыжая, сложив руки на груди, – И я отлично знаю, как пахнет водка!

– Не водка! – вздохнул Эдвард, улыбнувшись, – более благородный напиток... да и какая тебе разница? – стукнул уже раскрывшую для нового вопроса рот рыжую, – Перебрала наша с тобой подружка, с каждым такое бывает...

– Она по тебе весь день скучала, – сообщила Ульяна с самым заговорщическим видом, помогая ему разуть свою соседку и закрыть ее одеялом, – Ходила, как в воду опущенная. И за Лену волновалась… вечером даже к Мику пошла, та тоже вся не своя была после того, как вы в домик вломились… Кстати, Эд, а это ты замок вышиб?

– Я, – кивнул он, – А что такое?

– Да как что! – Ульяна уж было рассмеялась, – Ты же всю дверь разломал. Физрук наш весь обругался, пока ее чинил. Сказал, что легче новую поставить, там какая-то трещина или что-то такое… – она весело улыбнулась, – да и замок вроде теперь нерабочий, ты там что-то сломал…

– Издержки производства, – пожал он плечами, поправляя одеяло Алисы, – я как-то в последнюю очередь думал о том, что придется чинить… не до этого было. Так, мелкая! Оставляю Алису на тебя на ночь, поскольку доверяю. Если что, где найти меня, знаешь, – и потрепал ее по макушке, – Тебе и самой спать уже пора.

– Так точно! – довольно вякнула девчонка и заулыбалась во все зубы, – Утром тогда увидимся!

– Утром, – Эдвард кивнул, выходя за дверь. Доза алкоголя в крови была не настолько большой, чтобы почувствовать себя пьяным, но ее все же хватало, чтобы избавиться от большинства лишних мыслей, хотя наниты уже сейчас были заняты тем, что выводили из крови все последствия недавней игры с медсестрой. Наверное, нужно было больше выпить, сейчас же уже начинал постепенно трезветь, и розовые очки медленно, но уверенно сползали с глаз. Может быть, стоило даже пройтись немного, пока алкоголь окончательно не выветрится из головы, прежде чем показываться на глаза вожатой, если та вообще еще не спит.

Сам даже не заметил, как вышел на пляж, не зная, куда еще деться, сейчас шагая по влажному и истоптанному за день пионерами песку, невидящим взором уставившись на поверхность реки, покрытой мелкой рябью от тихого ночного ветерка. Ему нравилась эта река, от нее веяло тишиной и покоем, рядом с ней и ее тихим шелестеньем воды о песчаный берег извечные инстинкты солдата притуплялись, освобождая место чувству облегчения и спокойствия. На нее хотелось смотреть бесконечно, растворяя в мирном пейзаже страхи и опасения. На память пришли его глупые плескания со Славей, как она радостно улыбалась ему, ничем ни озабоченная, ни расстроенная. Улыбка снова против воли начала расползаться на лице, и он опустил взгляд, словно пытаясь скрыть от небес свои воспоминания.

– Эдвард! – знакомый голос звучал испуганно и взволнованно, и мимолетное состояние покоя разбилось как стеклянный бокал, сброшенный на каменный пол. Юля, со вставшими торчком ушами и круглыми от страха глазами, выскочила на берег, разбрасывая песок в разные стороны босыми ногами. Девочка-кошка бежала прямо к нему, сразу схватив его ладонь двумя руками, – Я так и думала, что найду тебя здесь! Быстрее, пожалуйста, быстрее!

Она буквально потащила его за собой, увлекая к лесу, туда, где когда-то впервые заговорили, пусть их разговор и был далек от дружелюбного. Перейдя на быстрый шаг, следовал за ней, уже скоро сойдя с проложенных аллей лагеря, забираясь все дальше и дальше под кроны деревьев. Ночной лес встречал их тихим шелестом ветвей и звуками невидимых птиц, высокой травой, цеплявшейся за ноги, и почти невидимыми в густых зарослях старыми бревнами и кустистыми ветвями, напоминавшими тонкие скелеты странных животных, но Юля уверенно вела его дальше, туда, где была поляна со спрятанным мешком ее малоосмысленных запасов.