Примерно через полчаса следы вывели его на небольшую полянку, на дальнем конце которой он увидал эту несчастную девушку. Связанная, с ртом, заткнутым кляпом, и широко открытыми от ужаса глазами, она висела на толстом суку дерева, подвешенная за руки, и ноги ее покачивались сантиметрах в десяти от земли. Несчастная девушка была почти раздета и покрыта многочисленными царапинами от острых веток, но, по счастью, жива и без видимых серьезных ран.

– Славя! – он хотел было кинуться к ней на помощь, но в последнюю секунду остановился, вспомнив азы охоты на людей. Возьми одного, оставь мучиться на видном месте и жди, пока остальные придут к нему на помощь. Ловля на живца всегда была эффективна, и сейчас с ним пытались поступить таким же образом.

Оставаясь на месте, он внимательно оглядывался по сторонам, пытаясь найти того, кто устроил засаду. Он должен быть где-то здесь, наблюдая и ожидая, когда ловушка сработает. И так же необходимо понять, в чем заключается сама засада. Не может быть, что после того, как кто-то решился на столь бесчестный поступок, как украсть и выставить в качестве приманки несчастную девушку, этому же человеку хватит смелости на открытый поединок.

Девушка, услышав свое имя и увидев силуэт на другом конце поляны, задергалась и замычала, словно пыталась что-то сказать, и у Эдварда сердце кровью обливалось, что не может сразу же бросится к ней на помощь. Она жива только потому, что ловушка еще не сработала. Как только он в нее попадется, то и в пленнице нужда исчезнет.

– Славя! Ничего не бойся, все будет хорошо, – попытался он успокоить девушку, внимательно разглядывая траву на поляне. Что-то с ней было не так, выглядела слишком мятой и местами даже начинала увядать, будто на ней долго и упорно топтались, либо же наоборот, вырвали, бросили, а потом снова воткнули в землю. Он почти убедил себя, что идти здесь не стоит, и повернул влево, обходя поляну по краю, но вынужденный теперь уделять так же много внимания и лесу, за деревьями которого и мог прятаться противник.

– Эй! Стой на месте! Не двигайся! – нервный и дерганный голос окрикнул его с другой стороны поляны, и Эдвард тут же обернулся, успев заметить, как из-за деревьев позади Слави выходит Пионер, держащий в руках нож с узким лезвием. Его дерганные движения выдавали сильное нервное напряжение, что вполне объяснимо в данной ситуации, но куда больше Эдварда удивил факт его появления здесь. Слишком много вопросов сразу возникало.

– Значит, ты? –замер, глядя как Пионер подходит к Славе, сразу испуганно замычавшей и попытавшейся отступить от своего захватчика, пусть и будучи подвешенной на веревке. Он же, не скрывая ухмылки, провел тупой стороной ножа по ее животу, заставляя девушку задрожать от страха.

– Я знал, что ты купишься! – громко сообщил Пионер, даже не поворачиваясь к Славе, – Хотел сначала пойти за Алиской, но почему-то на остров в этот раз кататься не стали. Оставалась наша любимая блондиночка, что так любит купаться по вечерам. Быстро ты ее спохватился! Я думал, она здесь до утра проболтается! Кстати, хочешь прикол? Она ведь звала тебя, когда тащил ее за чудесные косы через этот чертов лес! Прикольно, да?

– Зачем она тебе? – бросил Эдвард, сделав еще несколько шагов, но Пионер тут же снова прижал нож к животу девушки, заставляя его остановиться.

– Ни шагу! Иначе мы посмотрим, какого цвета у нее внутренности! – предупредил он, нервно рассмеявшись, – Чхать я хотел на эту тупую дуру, мне нужен ты! Точнее, чтобы ты сдохнул!

– И кому ты будешь расплачиваться моей жизнью? – поинтересовался Эдвард, – Тому, кто освободил тебя от печати, да?

– Догадался, да? – Пионер явно обрадовался, – Здесь ты прав, И он же мне рассказал, кто ты такой на самом деле, Эдвард Тристанский!

– Тебе дали материальное тело здесь, чтобы ты убил меня? – теперь уже Эдвард улыбнулся, – Что же так мелко работают? Не нашли другого расходного материала?

– Заткнись! – Пионер занервничал, – Они сами меня нашли! Сразу после того, как я перенес тебя обратно вместе с той девкой! Голоса в голове! Серьезно, гребанные голоса в моей проклятой голове! Они рассказали мне много интересного о том, кто же ты такой! Барон! Черт возьми, ты барон! Дворянин, значит, а еще предатель! Предатель и убийца! Тиран! Цареубийца! Мясник! Палач! Мне рассказали, что ты творил, даже показали! И после этого ты еще смеешь в чем-то меня обвинять! Да я за все время здесь не убил столько народа, сколько перебил ты в первой же войне! Только сейчас твоя жизнь меня устроит! Если ты сдохнешь до того, как цикл закончится, меня выпустят отсюда! Твоя жизнь в обмен на мое спасение… Меня вполне устраивает!

– Если ты знаешь, кто я такой на самом деле, – Эдвард оскалился и снова пошел по краю поляны к нему, – То тогда беги! Спасай свою жалкую шкуру и, быть может, я дам тебе пожить еще немного!

– Стой! Иначе я ее прирежу! – пообещал Пионер, даже сделав шаг назад, – Вывалю все ее внутренности наружу!

– Ну давай! – попросил Эдвард, не замедляя шаг, – Убей ее! Попробуй! Только после этого между тобой и мной не останется вообще ничего! А я при этом буду зол! Очень зол!

– Решим все вдвоем! – рявкнул Пионер, – Здесь! Выходи в центр поляны! Кто останется стоять, того и приз!