– Все получится. Не волнуйся: тебе в тюрьму не надо соваться. Останешься с Ниро на судне.

– Этот тот, который с трусами, - съязвил, мать его, Кэннон, и надо же было такому случиться, что в этот раз Ниро, молчаливо и угрюмо идущий следом, не выдержал.

– Ну все, сука! Я тебя на этот раз угроблю!!

Глядя на то, как эти двое снова сцепились, но уже не имея никакого желания ввязываться - пусть набьют себе пару шишек - Хэйс повернулась к побледневшему хакеру, с испугом наблюдающему, как двое мужиков пытаются расквасить себе морды.

– Не обращай внимание, Стэо, - усмехнулась она.
– Еще успеешь привыкнуть. Работы предстоит очень много. Так что приступим сразу же. Для начала: вскроем базу данных одного гадкого батарианца.

========== 20. ВЗЯТИЕ АЛЬКАТРАСА ==========

Надзиратель Курил любил начинать свой день с обхода криокамер для анабиоза. Это уже вошло у него в привычку, хотя привычки - это то, чему турианцы не придавали никогда большого значения, стараясь всячески искоренить зависимость от них.

Но Курил находил в этом действии особый смысл: так яснее всего он ощущал привкус безраздельной власти и даже всемогущества. Здесь, в тюрьме “Чистилище” - одном из самых страшных и неприступных объектов в галактике - именно он, надзиратель, был богом.

Да, где-то там на Камале находился Солем Дел’Сера, клоун, названный официальным лидером “Синих светил”, но на деле - являющийся всего лишь скользким дельцом, который умел извлекать прибыль из воздуха. Где-то там был и Видо Сантьяго, скрывающийся от своих врагов, но умудряющийся держать наемников в железном кулаке.

Но именно здесь, в “Чистилище”, надзиратель Курил был Духом Власти, которому в свое время он и молился, будучи молодым и полным идеалов. Когда-то он хотел изменить мир к лучшему, очистить его от преступников и защитить мирных граждан… Но реальность жестока. А разочарование в законах принесло с собой и ярость.

Сейчас Курил не был идеалистом. Но по старой привычке любил считать себя “очистителем”, несмотря на то, что некоторые его методы были крайне негуманны.

Обход занял где-то полчаса. В этот раз он проверил состояние криокамер и заодно усердие своих сотрудников в 25ом секторе, где содержались преступники класса “D”. Если сравнивать их с “коллегами” классов “А”,“B” и “С”, то при таком подходе можно сказать, что первые почти ангелочки. Ничего примечательного в их преступлениях не было. Так, убийства, грабежи. Речь шла только о количестве вышеупомянутых видов злодеяний, позволяющих содержать эти субъекты в анабиозе, но больше - кредитов, которые выплачивали те или иные клиенты, чтобы Курил удерживал в анабиозе тех, на кого укажут пальцем.

Надзирателю было плевать, кого он держал у себя под боком. Маньяки, психопаты, извращенцы - все одно. Разумеется, в целях безопасности самых буйных подвергали криогенному анабиозу. Все остальные, на кого модулей не хватило или же отдельные индивидуумы, которых сюда запрятали “добрые” господа политики или криминальные боссы, томились в одиночестве в обычных камерах, сходя с ума от скуки.

Курил старался разбавить эту скуку допросами или побоями, иногда даже позволял себе проводить демонстративные наказания, чтобы и себя с охранниками развлечь, и заодно преподать очередной урок тем заключенным, которые порой огрызались.

Например, заключенный 1258. Батарианец. Полный социопат и кретин. Никак не хотел стоять спокойно, постоянно кружился и рычал, пока Курил не научил его стойке “смирно”, использовав для этого весьма интересный метод: каждый раз, стоило бедолаге сделать движение в сторону, обдавал его ледяной водой, а после - небольшим зарядом станнера. В итоге, 1258-ой при каждодневном обходе вытягивался так, что аж кости, казалось, трещали от натуги.

Или вот заключенный 256. Человек. Все обзывался, пока Курил не приказал выбить пару зубов, а, когда тех не осталось, пригрозил отрезать язык. Угроза подействовала: вместо языка Курил отрезал лишь желание заключенного сострить в очередной раз.

Закончив обход в данном секторе, надзиратель решил наведаться в соседний, туда, куда он разместил всех заключенных, основное и главнейшее преступление которых можно было охарактеризовать лишь тремя словами “заноза в заднице”. Да, в “Чистилище” содержались и такие. И они, пожалуй, приносили основной доход.

Многие бизнесмены, политики и прочие власть имущие не просто хотели расквитаться со своими врагами. Убить - это слишком легко. Но вот запереть на всю жизнь в четырех стенах и сознавать каждую секунду, что жизнь твоего врага зависит только от собственного желания платить за его содержание… Это было удовольствие особо тонкого состава, можно даже сказать, нелогичное, но вместе с тем невероятно приятное. Курил позволял таким спонсорам посещать тюрьму в любое время, когда им только заблагорассудится, чтобы насладиться видом своего заклятого врага за решеткой, а за отдельную плату можно было устроить тет-а-тет или же “случайное” избиение.

Впрочем, таких заключенных, относящихся, как про себя прозвал надзиратель, к категории “заклятые друзья”, было не очень много. Все-таки платить за содержание заключенного ради такой забавы не многим было по карману.

Ноги непроизвольно остановились напротив камеры, где содержался заключенный номер 402. Если сравнивать с другими из этой же категории, то можно сказать, что 402-ому еще повезло: никаких пыток, только иногда побои, но и те в легкой форме. За состоянием заключенного пристально следил клоун Дел’Сера, который и поместил сюда этого везунчика с особым условием: “он должен быть живым как можно дольше”. Курил понятия не имел, зачем Дел’Сере это понадобилось, пока “птичка не нашептала”, что Солем с помощью 402ого хотел выманить на свет божий другого своего врага, который - вот идиот сыскался - по мнению батарианца, обязательно попробует вытащить из тюрьмы дружка. А соответственно, и меры безопасности в камере заключенного стали особыми: камера была полностью автономна, а также помимо стандартных приборов видеонаблюдения имела звуковые жучки, реагирующие на звучание незарегистрированного в системе голоса.