– Эд! – звонкий девичий голос заставил ее вздрогнуть. Настоящий вихрь пронесся мимо нее и повис у младшего короля на шее. В немного нескладной, но улыбчивой и жизнерадостной девочке-подростке Кара с изумлением признала Люси, которую знакомила с тайнами природы Теребинтии. Как же она выросла и изменилась! Теперь королева не выглядела таким уж ребенком, но поведение осталось точь-в-точь таким же. Эдмунд едва смог отлепить от себя сестру. – Мы так переживали за тебя! Из Теребинтии пришло письмо, что там какая-то ведьма, а ты был уже в пути, а мы не могли тебе передать эту весть! Питер вслед отправил корабль с подмогой, но боялся, что те не поспеют! Так и вышло, раз они с вами вернулись, да? Сьюзен места себе не находила, как хорошо, что с тобой все в порядке!

– Лу, подожди. Перестань так тараторить, - с трудом вклинился в этот монолог младший король. Кара заморгала. У нее в ушах начало звенеть, а Эдмунд, видимо, уже привык к напору сестры. – Лучше посмотри, кого я привез.

– Кара! – наконец и девушка удостоилась королевского внимания. Теперь уже ее Люси кинулась обнимать, радуясь нежданной встрече. Раздав всем причитающиеся порции нежности, юная королева отстранилась и сказала искренне: - Как же хорошо, что ты приехала к нам погостить!

– Нет, Люси, все куда серьезней, - Эдмунд хмыкнул.
– Кара никуда уже от нас не уедет, потому что она моя невеста.

– Не… Невеста? – повторила девочка, вытаращившись на брата. Тот кивнул. Люси нахмурилась, соображая, что к чему. – А ты тогда жених? – второй кивок. – И вы собираетесь…

– Да, мы поженимся, - подтвердил ее догадку Эдмунд. Кара, хотя и не подала виду, вся напряглась, опасаясь негативной реакции… Кажется, ей предстояло узнать родных юноши получше, ибо от Люси такого ожидать явно не следовало. Королева лучезарно улыбнулась и воскликнула искренне:

– Так это же здорово!

Кара незаметно выдохнула. Первый рубеж, хотя и самый маленький, пройден. Люси неожиданная новость вдохновила на свершения, глаза ее заблестели. На Эдмунда посыпалась целая куча вопросов, ведь девочке были интересны подробности. Кара заметила, что король даже не пытается ответить на все, а иногда просто молчит, улыбаясь, и позволяет Люси выплеснуть свои эмоции. Девушка же и не пыталась дать ответа – она была полностью зачарована атмосферой Нарнии, столь отличной от суровой и холодной Теребинтии. Процветающий город, выросший вокруг столицы, поразил ее своей живостью, ибо жители его, будь то люди, сатиры иль другие волшебные существа, заприметив правителей, расплывались в улыбках и почтительно кланялись. И не было в этом подобострастия или желания угодить: лишь любовь и уважение сквозили в движениях подданных. Кэр-Параваль и вовсе поверг девушку в трепет. Кабы не Эдмунд, она и не осмелилась бы зайти под его своды, ибо ею вдруг овладела нерешительность.

Люси словно и не заметила этой короткой задержки. Она вдруг ахнула и всплеснула руками.

– Питер и Сьюзен еще не знают! Нужно им как можно скорее рассказать!

– Лу, стой! – довольно резко одернул ее Эдмунд. Девочка остановилась на полушаге, с удивлением обернулась. – Я сам с ними поговорю. Кара, ты не очень устала?

Девушка помотала головой. В коридорах, сияющих белым мрамором и золотом, язык не поворачивался дерзить. Она подозревала, что еще нескоро посмеет открыть рот без робости.

– Тогда Люси может показать тебе все красоты Кэр-Параваля. Ей ведь не терпится, да, Люси?
– с нажимом произнес Эдмунд. Кара чуть поджала губы: его замысел был ей ясен. Кажется, на первую беседу со старшими он брать ее не собирался и для того нашел удобный предлог. Что ж, становиться причиной ссоры ей не хотелось, и потому Кара повиновалась. Люси легко согласилась и, подхватив подругу за руку, потащила вглубь дворца.

Младший король же вздохнул и зашагал в кабинет Питера. Слуги у дверей доложили, что государь там находится с королевой Сьюзен, и это Эдмунда не порадовало. Ему предстоял нелегкий разговор, раз с Верховным королем рядом была и сестра. Первый мог отнестись если не с пониманием, то со смирением. От второй такого ждать не стоило. Юноша глубоко вздохнул, сосредотачиваясь. Немало дипломатических переговоров он провел за свою жизнь, и каждый из них мог кардинально изменить судьбу Нарнии. Однако в этот раз решение было судьбоносным для него самого… Все, хватит с духом собираться! Вперед!

Питер вздрогнул, когда двери с грохотом распахнулись. Сьюзен и вовсе на месте подскочила от неожиданности. Ох, не стоило так влетать внутрь… Эдмунд немного замялся на пороге, вдруг засомневавшись, что брать крепость штурмом – хорошая затея, но уйти на второй круг ему никто не дал. Сестра, отошедшая от шока, кинулась ему на шею. Еще бы, ведь в Кэр-Параваль прибыли жуткие вести из Теребинтии, когда брат уже покинул родной дворец! Как они с Питером переживали, не описать словами. Государь очень нервничал, не зная, стоит ли отправлять вслед военные корабли. Освальд очень ревностно относился к независимости Теребинтии и ввод нарнийского флота в свои воды мог расценить как начало вооруженного конфликта. Но и оставить Эдмунда без поддержки в такой опасной ситуации Питер не мог, потому послал гражданское судно с подмогой, которая, хвала Аслану, не пригодилась…

– Ты вернулся, и это главное, - с заметным облегчением произнес Верховный король. – Как ты? Как дела с Теребинтией?

– Я… – Эдмунд замялся. Он как-то не планировал, что разговор зайдет о политике. Может, оно и к лучшему? Заход к щепетильному разговору издалека подготовит Питера и Сьюзен к ошеломляющей новости. С достойной дипломата ловкостью юноша переменил тактику с убийственной прямоты на долгое предисловие и вздохнул. – Я больше не могу представлять Нарнию в переговорах с Теребинтией. И вступать на земли Освальда также не имею права.

– Почему? Вы с ним поругались? Но ведь и раньше вы не особо ладили, – встревожилась Сьюзен. Питер нахмурился, но ничего не сказал.

– Отныне мое появление в Теребинтии будет приравнено к началу войны между нашими странами. Север перестал быть нашим другом в результате принятых мною решений и совершенных действий, - не увиливая, произнес Эдмунд. Верховный король прищурился.

– Значит, что-то все-таки произошло? И связано это с ведьмами, не так ли? Ты превысил свои полномочия, и Освальд разгневался?