– Задолбали эти покойники, - бубнил Жора, - куда ни сунься везде жмурики.

– Хорошо, что не зомби. И эти - мутанты всякие ням-ням-ням, - подхватил Толян.

– И сухпай этот осточертел, - продолжал ныть Жора,- пельмени эти из кошатины достали.

– Во, секи – указатель « Славянск –на Кубани». Новороссийск скоро. Приходилось там бывать?

– Да ты чо? Это для пролетариев. Мы всегда в Тайланд летали. Какие там девочки!

– А где твой Тайланд?

– А я чо, учитель географии? Где-то недалеко от Китая, где все косоглазые.

Пройдя перевал, джип выскочил на шоссе, полностью лишенное снега.

– Прикинь, Жорик, снег весь потаял. Рулим на Сочи.

– Твоя очередь. Весь попец отсидел, давай меняться.

С трудом протолкавшись через город, напарники добрались до Геленджика.

– Вот это да! Смотри, на выезде затор - почти баррикада.

– Может, где-нибудь протиснемся.

– Щас! Видишь на карте нитка одна.

– Тогда заведем тракторишку – вон приткнулся. Распихаем отвалом эту мутату.

– А ты сумеешь его завести? И я тоже не сумею. Может, попробуем через Горячий Ключ? Я помню, там дороги пошире.

– Так это какой крюк! Слушай сюда. Бросаем аппарат. Переходим на ту сторону затора, находим подходящий джипон и вперед! Только аккум надо с собой тащить.

– Ты что, охренел? Он же под тридцать кэгэ наверно.

– Все равно проще найти тележку, да хоть из супермаркета , чем возиться с зарядным. Да и время на это нужно.

Кое-как удалось протиснуться через Архипо-Осиповку. Теперь они рассекали в могучем « Лендкрузере», затонированном по самую крышу.

А между тем, если бы приятели были повнимательнее, то почувствовали бы, что в воздухе отсутствовал навязчивый и почти привычный запах тления. Цветочками и весной тоже не пахло, однако примешивался совершенно необычный – терпкий с химическим привкусом ароматец.

Чем дальше к Сочи, тем меньше в округе было снега. Только миновав Новомихайловский, напарники наконец обратили внимание и на странный запах и, самое главное, полное отсутствие трупов.

– Толян, покойники куда-то подевались. Хотя нет, вон у забора вроде тетка валяется. Тормозни, какие-то непонятки образовались!

– А оно тебе надо?

– Толян, а вдруг в тепле зомби оживают. Сожрут на хрен! Тормози.

С опаской приблизившись к кучке тряпья без видимых останков головы и конечностей, Жора концом ствола карабина поворошил разноцветное одеяние. Скелет трупа отсутствовал полностью. Небольшой слой рыжей пыли покрывал плащ, свитер и джинсы погибшей. Такая же пыль наблюдалась и в осенних сапожках тетки.

Сзади с «Калашниковым» в руках заинтересованно подобрался Толян.

– Это что за явление? Похоже при плюсовой температуре на солнышке трупаки просто рассыпаются в пыль. Чуешь, какой-то хренью воняет? А рядом с этой глаза слезятся. А вдруг эта пыль заразная?

– Пыль ветер давно разнес, видишь, сифонит. А это, то, что осталось. В сапожках этой дряни немного. Значит покойнички высыхают , как арабы в пустыне. Уж лучше пусть так, чем вечная жизнь на вонючем кладбище.

Обрадованные соратники с новыми силами двинулись на Туапсе.

– Похоже твои родичи тоже на удобрения пошли. И здесь ни души. И что будем дальше делать?

– Найдем яхту и на Кипр.

– Ага, а жрать ты что будешь? Или до самой смерти на макароны подсядем? Еще чуть и вся консервация протухнет в тепле. А эти - овощи и фрукты кто будет выращивать? Ты про Робинзона Крузо слышал? Так вот он вкалывал как Буратино и папа Карло вместе взятые. И негр у него еще был на подхвате, трансвестит.

– Почему трансвестит?

– Имя у него было женское, уразумел. Так что с этой пылью мириться придется.

– Херня, дождями смоет.

– Так смоет опять же в море. Едем.

В Лазаревском парни задержались надолго. Подлый Толян добыл в местной аптеке барбитуратов и поездка застопорилась. Днем было еще ничего, а ночами мерзли.

– Что за дрова дурацкие? Какие-то коряги. Почему обычных березовых дров нет?

– Баран. Береза тут не растет. Посмотри, сколько пойла - и коньяк и арманьяк, а не берет, сволочь. А от твоих колес всю башню посносило.

– Да, это мы погорячились. Жорик, ты слышишь? Мотор. Говорил же тебе, козлу - давай дом подальше от дороги выберем, а ты « никого нет и не будет». Где стволы?

– В машине валяются. Бежим!

Бежать уже не имело смысла. У их «Крузера» приткнулся «Патруль» белого цвета, а из-за него на них смотрел зрачок какой-то крупнокалиберной бандуры. Краем глаза Жора заметил за ближним забором шевеление.

– Толян, хана, опять вояки. Вон - все в камуфляже.

К их удивлению из-за машины появилась средних лет женщина с помповиком в руках, который она держала как-то чересчур привычно.