– За свою невозможно долгую жизнь, подаренную мне моим мастером, я редко видела пары, столь увлеченные друг другом.

Жан-Клод улыбнулся и притянул меня к себе на колени. Я бы запротестовала, но, во-первых, мне самой хотелось быть как можно ближе к нему, а, во-вторых, мы не делали ничего плохого. Просто это немного выходило за рамки принятого в современном обществе проявления привязанности за пределами клубов и вечеринок.

– Мы ищем идеальные обручальные кольца. Заблаговременно, конечно, Айрин.

– Вашим отношениям уже около шести лет, милорд?

– Да, - ответил Жан-Клод.

– Около того, - подтвердила я. Эта связь была гораздо большим, чем могли предполагать человеческие СМИ, и несколько меньшим, чем считало вампирское сообщество. Я была легальным палачом вампиров, когда мы с Жан-Клодом впервые встретились, поэтому никто из нас тогда и не думал о возможном романе. Я считала вампиров просто мертвецами, была уверена, что, убивая их, освобождаю мир от монстров. Затем я познакомилась с вампирами, которые были лучше некоторых

знакомых мне людей, и задумалась, кто из нас на самом деле монстр. Доминга Сальвадор была одной из тех, кто смог убедить меня, что и у зла может быть пульс. А теперь появился некто, творящий такое зло, о котором Сеньора могла только мечтать. Она была мертва, я точно знала, ведь это я убила ее. По если бы голос аниматора за кадром был бы женским, я, возможно, задумалась бы, а не поднял ли кто Домингу из мертвых, чтобы завладеть ее секретами. Конечно, раз это я ее убила, будь то самооборона или нет, технически ее зомби первым делом направился бы ко мне. Жертвы убийств встают из могилы лишь с одной мыслью: «Отмщение». Они сметут все на своем пути, пока не найдут и не уничтожат своего убийцу. Вот почему ни в коем случае нельзя поднимать из могилы убиенного, чтобы узнать, кто его убил. Я пыталась. Убийств всегда было гораздо больше одного, которого они так жаждали.

Жан-Клод погладил меня по руке.

– Ты вдруг помрачнела, ma petite.

– Прости, просто на работе... было непросто сегодня.

Я чувствовала его прикосновение к своим мыслям так же, как к своей руке, и лишь немного укрепила щиты. Он не стал давить. Воспоминания о зомби-порно были не совсем тем, что я хотела бы с ним разделить при выборе обручальных колец. Это наверняка подпортит нам настроение.

– Не понимаю, зачем вам работа, которая заставляет вас хмуриться, - сказала Айрин. Видимо, было что-то такое в моем взгляде на нее, потому что она вдруг слегка склонила голову.
– Без обид.

– Никаких обид, пока вы не поддерживаете вампиров, считающих, что я должна оставить свою работу, раз выхожу за Жан-Клода.

Айрин со смехом выпрямилась.

– Я бы никогда не сказала ничего подобного. Я тоже работаю очень давно и все еще нахожу, чему можно научиться. Меня постоянно изумляют новые технологии и металлы.

Я улыбнулась ей.

– Тогда прошу прошения за свои поспешные выводы.

– Загробная жизнь вампиров, которые ждут этого от вас, вероятно, не слишком продуктивна. Я считаю, что вампиры, у которых нет ни бизнеса, ни увлечения очень быстро начинают скучать. А заскучавший бессмертный находит весьма неприятные способы развлечься.
– она едва заметно вздрогнула, и выражение нетерпения на ее лице немного померкло.

Жан-Клод обнял меня за талию.

– Вы считаете скуку виновником всего зла среди вампиров?

– Вечность - слишком долгая нора для безделья, милорд.

Он улыбнулся и кивнул.

– Да, это так.

– Осмелюсь спросить, милорд.

– Конечно, - разрешил он, хотя я понятия не имела, что именно она хочет узнать.

– Многие считают одной из причин, почему вы так благоразумны и справедливы, ваше управление бизнесом в течении многих сотен лет. А то, что вы выступаете в некоторых из ваших заведений, еще одна хорошая тенденция.

– Некоторые из древних вампиров находят это поведение неподобающим.

– Я слышала эти сплетни. Но те, кто распускает их, слишком старомодны. Они застряли в прошлом и все еще полагают, что правители должны интересоваться лишь властью. Но, выходя на сцену, вы весь светитесь удовольствием, милорд.

Жан-Клод склонил голову набок, и мы уставились на Айрин.

– А когда вы видели Жан-Клода на сцене?
– спросила я.

Она покраснела и опустила взгляд.

– Мой мастер считает, что мы должны как можно лучше узнать тех людей, для которых создаем дизайн колец. Чтобы лучше удовлетворить их желания.

– Вы были там в ту ночь, когда я объявлял выступления?
– спросил Жан-Клод.

– Вы объявляли большую часть выступлений, - ответила женщина, не поднимая глаз и крепче стиснув руки.

– Но я не представлялся.

– Нет, милорд, один из ваших очаровательных юношей имел честь представить вас, - ответила она, внимательно рассматривая пол.

– Я был на сцене «Запретного плода» лишь однажды, когда мое выступление было уже анонсировано. Но я не помню вас в зале.

– Я держалась позади, милорд, чтобы не быть частью аудитории, с которой вы