— Вот тебе методики лечения, прочти то, что отмечено закладками, и приступай. Если нужна будет моя помощь, позовешь, — она передала мне серую книгу, которая явно была магловской: на обложке красовался длинный заголовок, там знакомым для меня было только слово “реабилитация”.

— А ты будешь просто следить за мной? — спросил я настороженно.

— Буду не давать тебе лениться, — ответила она и отвернулась к шкафу.

— По-твоему, я не в состоянии сам все делать, и за мной надо присматривать, как за маленьким ребенком? — возмутился я.

— Не теряй времени, пожалуйста. Читай отмеченное, ложись на диван и работай! — отчеканила она, вернувшись к столу со стопкой пергаментов.

— Слушай, Грейнджер, я понимаю, ты злишься на меня…

— Давай не будем занимать время бесполезными разговорами, — перебила она меня.

— Да черт с тобой! — не выдержал я, и рванул обложку в сторону, открывая книгу на первой закладке.

— Поаккуратнее, книга библиотечная, — сделала мне замечание Гермиона.

— Починишь потом, — отозвался я.

— Сам чинить будешь! — еще больше разозлилась она.

— И не подумаю, — очень спокойным тоном сказал я и ухмыльнулся.

— Малфой, замолчи и читай, — процедила она сквозь зубы.

— С радостью, — протянул я. Она подняла глаза и внимательно на меня посмотрела, но не произнесла ни слова. Вздохнув, она вернулась к прежнему делу.

У меня ушло не меньше часа, чтобы изучить все то, что отметила для меня Грейнджер. Там было много интересной информации о строении тела, видах травм, похожих на мою, способов восстановления после получения увечий, а главное — там было перечислено огромное количество упражнений с подробными описаниями, делая которые, через некоторое время можно было достичь поразительных результатов, если верить книге. Правда, там не говорилось о сроках в несколько месяцев, в книге утверждалось, что на восстановление нужно потратить годы постоянных тренировок. После прочтения этой информации мой боевой настрой улетучился, будто его и не было.

— Я дочитал, — сообщил я, нарушив тишину в помещении.

Гермиона вздрогнула от неожиданности.

— Тогда выбирай любое упражнение из списка, который я составила, — он в конце книги между последней страницей и обложкой — и приступай. Сначала идут более легкие, потом те, что посложнее. Но первое время все упражнения будут даваться нелегко, учти это.

Я с недоверием уставился на диван, а потом перевел взгляд на Грейнджер. Она невозмутимо читала какой-то текст с пергамента в ее руках, видимо, чье-то эссе. Вздохнув, я не спеша перебрался с кресла на диван и лег.

Спустя десять минут я устал так, будто не спал уже трое суток, не меньше. Элементарные на вид упражнения не получались совершенно. Я стиснул зубы и продолжил попытки. Грейнджер, казалось, не обращала на меня никакого внимания.

Еще через двадцать минут я начал тихо ругаться себе под нос. Моей задачей было просто двигать стопами, но они отказывались слушаться. Я сжал руки в кулаки. Лоб покрылся испариной. Гермиона по-прежнему делала вид, что меня здесь вообще нет, а я не знал, рад я этому или нет.

Еще через полчаса я стукнул кулаком по дивану и решил, что пора сообщить, что мне все это надоело.

— К черту все! — прошипел я.

Грейнджер наконец-то оторвала взгляд от эссе и посмотрела на меня.

— Еще как минимум час работы, — сказала она невозмутимо.

— Я не могу больше!

— Если хочешь ходить — сможешь, — ее непробиваемость ужасно бесила.

— Через несколько лет?! Если мне несколько лет придется ежедневно работать вот так, то я сойду с ума гораздо раньше, чем пойду!

— Почему несколько лет? — удивилась она и, поднявшись, подошла ко мне поближе.

— В книге так сказано.

— Малфой, это книга рассчитана на маглов, а ты — маг. У тебя все пройдет гораздо быстрее, потому что зелье уже действует, и работает оно лучше и эффективнее, чем магловские способы лечения. Успокойся и работай.

— Я устал.

— Ничего, так и должно быть.

— У меня все равно ничего не получается, — признался я.

— Все нормально получается, не придумывай, — возразила она.

— Да откуда ты знаешь? — разозлился я и посмотрел ей в глаза.

— Я видела. Иногда поглядывала на тебя. Все идет нормально.

Значит, все-таки, она наблюдала за мной, а я этого не заметил. Радоваться или огорчаться этому — я пока не решил.

— Чудесно, — проворчал я, отворачивая голову от нее.

Она тяжело вздохнула.

— Хочешь, я помогу тебе, пока ты не наберешься сил? — спросил она участливо.

— За меня все сделаешь? — скептически отозвался я.

— Нет, только направлю в нужную сторону.