— Малфой, прекрати вздыхать как старый дед, — Гермиона шлепнула меня рукой по ноге.

— Грейнджер, я устал, — пожаловался я, нахмурившись.

— Я тоже устала, но я же молчу! Ты должен сегодня поднять правую ногу под углом девяносто градусов, и пока ты этого не сделаешь, отсюда не уйдешь!

— Проведем здесь вместе ночь? — саркастично спросил я.

— Надо будет — проведем, — не поняла сарказма и двусмысленности она. — Работай быстрее.

— А куда мне тогда спешить, — ухмыльнулся я.

— Ах ты мерзкий… — начала она и осеклась. — Мерлин, я же не проверила контрольные работы третьекурсников Пуффендуя. Это все из-за тебя.

— Конечно, кто же еще может быть виноват? Но ладно. Это все значит, что я могу идти?

— Малфой, ты как маленький ребенок, честное слово, — вздохнула она. — Ты сегодня поднимаешь правую ногу, и ни одна контрольная мира не должна тебя от этого отвлечь.

— Но сам же я не справлюсь, — тихо сказал я, глядя на нее снизу вверх.

— Ну так я здесь, чтобы помочь тебе. В чем проблема?

— А контрольные?

— Позже проверю, — махнула она рукой. — Отдохнул? Давай продолжать.

— А хочешь, я тебе помогу с проверкой. Знаний на уровне третьего курса у меня точно хватит.

— Нет, спасибо. Сама справлюсь, — отказалась она, улыбнувшись.

— Почему ты всегда отказываешься от моей помощи? — раздраженно спросил я.

Она сжала губы в тонкую линию, глубоко вздохнув.

— Ладно, если сможешь поднять ногу, как договаривались, контрольные проверяем вместе.

— Грейнджер, ты и мертвого уговоришь, — я закатил глаза.

Следующие полчаса, я, сцепив зубы, терпел боль и безжалостность своего временного тренера. Гермиона все всегда делала на совесть, потому и меня она не щадила ни капли. Наконец, я сделал то, что было нужно и, увидев, что все получилось, нервно и немного истерично засмеялся.

— Малфой, есть! — воскликнула Гермиона. — Какой ты молодец! Я тобой просто горжусь.

— Не шути так, — сказал я, резко прекратив смеяться.

— Я серьезно, — заверила она меня, взглянув в глаза. — Учитель радуется успехам своего ученика и гордится им, это нормально.

— Спасибо тебе, — в сердцах сказал я.

— Это будешь говорить, когда встанешь на ноги и пойдешь, а это уже не за горами.

— До конца учебы не успею.

— Что? Через два месяца максимум пойдешь, — сказала она уверенно.

— Через два месяца? Грейнджер не фантазируй, пожалуйста, я этого не люблю.

— Спорим? — спросила она, подойдя к дивану, на котором я сейчас сидел, и протянув руку.

— Спорим, — я пожал ее теплую ладонь — и как же мне не хотелось ее отпускать! — А на что?

Она хитро улыбнулась.

— Помнится, вчера ты последними словами ругался, пока я пила здесь кофе во время твоей тренировки. Так вот, если ты сможешь ходить раньше, чем закончатся два месяца, угощу тебя чашкой настоящего кофе, чтобы ты наконец понял, что ты теряешь.

— Ладно, — согласился я. — Тогда, если этого не произойдет за два месяца, ты… — я задумался, — ты…

— Не трудись, — усмехнулась она. — Этого все равно никогда не будет, потому что ты сможешь скоро ходить. Ну а если вдруг ты по какой-то ужасной случайности окажешься прав, потом придумаешь мне задание.

— Ладно! Увидим, кто из нас прав! — сказал я. — А теперь неси контрольные.

— А они в шкафу здесь лежат, так что далеко ходить не надо, — сказала она и пошла к шкафу.

В дверь тихонько постучали, а через секунду в проеме показалась вечно идеальная фигура Грина.

— Привет, — поздоровался он, поедая Гермиону глазами. — Здравствуйте, мистер Малфой, — бросил он и подошел к ней.

— Добрый вечер, — пробурчал я.

— Привет, — ответила Грейнджер, открывая шкаф.

С верхней полки сорвался толстенный фолиант и начал падать прямо Гермионе на голову. Я успел только воздуха в легкие набрать, а вот реакция Грина сработала молниеносно. Он дернул Грейнджер за локоть, заставляя прижаться к нему, а сам сделал шаг назад. Огромная тяжеленная книга с грохотом рухнула на пол.

— Мерлин, ее там раньше не было, — Гермиона заговорила на тон выше обычного.

— Цела? — спросил ее Грин.

— Да, — кивнула она. — В полном порядке, только испугалась.

— Вовремя я зашел, Гермиона, — проговорил он и взглянул на меня с прищуром.

— Да, спасибо вам, — она улыбнулась.

Где-то внутри что-то царапнуло меня за душу. “Гермиона”? Они уже называют друг друга по именам?

— Присядьте, — он усадил ее на стул. — Я на минутку заскочил, у меня еще дела есть, но, наверное, останусь здесь. У вас тут происходит что-то неладное.