— Да, — пискнул эльф и уставился на меня испуганными глазами. — Хозяину Драко плохо?

— Нет. Я только еду поддержать маму, потому что твой старший хозяин, Тинки, опять сделал глупость.

— А хозяйка в порядке? — спросил он недоверчиво.

— В полном. Если, конечно, не считать того, что переживает за отца. В общем, меньше слов, нам пора.

Решив, что с Алексом поговорю потом, я сразу же направился к мадам Помфри за рецептом, а оттуда переместился к главному входу, где должен был встретиться с Тинки.

Эльф принес из комнаты теплую мантию и, плотно закутавшись в нее, я отправился на железнодорожную станцию. Зима в последние свои дни старалась взять свое. Так что погода не добавляла нашему путешествию радости: промозглый холодный ветер продувал мантию и холодил руки и ноги. Снег с дождем попадал за шиворот, на все еще саднящую шею, где шарф неплотно прилегал к коже. Так быстро добраться до Хогсмида, как хотелось, не получилось. Едва не опоздав на поезд, мы загрузились в последний вагон и заняли единственное свободное купе. И куда все ехали в такой день? Пока Тинки глазел в окно, я всю дорогу мирно спал, и все бы ничего, но снилось мне, как Гермиона весело проводит свое свидание с нахальным и таким идеальным, что аж зубы сводит, Грином.

Проснулся я уже перед самым Лондоном. Несмотря на то, что был уже вечер, в городе было гораздо теплее, чем возле Хогвартса. Найдя не слишком людное место, Тинки взял меня за руку, и мы аппарировали к больнице Святого Мунго. В этот раз аппарацию я перенес гораздо лучше, чем в прошлый, и, направив волшебную палочку на кресло, отправился внутрь.

Хмурые люди в лимонных халатах сновали туда-сюда по слабо освещенным коридорам. Уточнив у администратора, куда мне идти — конечно, пятый этаж, там лечат недуги от заклятий — я отправился на поиски мамы, которая наверняка должна была быть около палаты отца.

Так и оказалось. Поблуждав по лабиринту из различных помещений минут пятнадцать, я встретил маму около безликой двери, ведущей в одну из множества серых комнат, в которой лежал отец.

— Мама, — позвал я негромко, когда заметил ее.

Увидев меня, она издала удивленный возглас и, поднявшись со стула, пошла мне навстречу. На ее лице отчетливо был виден отпечаток тревог последнего месяца.

— Сынок, как ты здесь оказался? С тобой все хорошо? — в ее голосе слышалась нарастающая паника.

— Все в порядке, я приехал, чтобы тебя поддержать, — успокоил я ее.

Она заключила меня в объятия, и я почувствовал, как сдерживаемые до этого слезы градом покатились по ее лицу.

— Мам, все будет хорошо, — попытался успокоить я. — Пойдем, присядем.

Она тихонько всхлипнула и достала носовой платок из кармана мантии.

— Спасибо, что ты приехал, — сказала она, немного успокоившись. — Но… у тебя не будет проблем с тем, что ты покинул школу?

— Не беспокойся, я обо всем договорился. Как отец?

— Он еще не пришел в себя. Целители говорят, что опасности для жизни нет, но пока не найдут того стражника, который запустил в твоего отца непонятным заклинанием, они не могут ручаться за его разум. У Люциуса что-то наподобие помешательства, потери памяти или такого состояния, какое бывает после поцелуя дементора, — на последних словах мама снова заплакала.

— Главное, что он жив, и дементор тут ни при чем, а остальное как-то можно исправить, — попытался подбодрить я, хотя и сам сомневался. — Все обойдется. Стражника того ищут?

— Да, но ты же понимаешь, что его скорее наградят, чем накажут. Так что шансов, что он признается, что за заклинание он наколдовал, очень мало.

— Но они есть, так что не стоит огорчаться раньше времени.

— Ты прав, — сказала она, улыбнувшись немного печальной улыбкой. — Как же все-таки хорошо, что ты здесь, — она взяла меня за руку, и я стиснул холодные, как лед, пальцы.

— Замерзла? — спросил я.

— Немного, — ответила она и поежилась.

Я снял с шеи свой шарф и укутал им маму, подняв воротник своей мантии так, чтобы не были видны следы на шее.

— К отцу не пускают?

— Пока нет, — ответила она и провела рукой по шарфу. — Спасибо, дорогой.

— Может быть, отправишься домой, отдохнешь? А я здесь побуду, — предложил я.

Она посмотрела на меня испуганными глазами и отрицательно помотала головой, сильнее кутаясь в шарф, будто пытаясь скрыться за ним.

— Нет, я останусь. А когда тебе нужно возвращаться в Хогвартс?

— Через несколько дней. Я буду тут, пока не выяснится, что с отцом.

— Как твое самочувствие? — поинтересовалась мама.