– Но вот всё остальное, - продолжал рассуждать Алекс, - непонятное поведение фата, его приезд. Этот осколок, найденный, опять же, у госпожи Каро...

– При чём тут осколок, Ал?

Вот ведь не было ничего: сон, подзабытый лихорадочный бред. А стоило теге в щели между дверью и косяком оборотня увидеть, и всё стало реально, даже материально. Нахлынуло, будто ледяной водой окатило. Словно не было никакого кабинета: холодно - от холода пальцы сводят и они почти не чувствуют ни грязи, ни каменного пола. Пахнет сыростью и плесенью. В ушах - сиплое дыхание, а перед глазами...

– Рон!

Кажется, вслух теург оборотня всё-таки не позвала, только дверь распахнула. Но Мастерс моментально оказался рядом - только что на другом конце приёмной стоял, а уже тут. Смотрит - глаза зелёные, без желтизны, улыбается. За руку взял - у самого ладонь горячая и сухая. Живой, настоящий. Огромный и надёжный, её вытащивший.

– Проснулась?

Вот дурацкий же вопрос! Что на него отвечать полагается: «Нет, всё ещё сплю!»? А всё едино ничего приятнее в жизни не слышала. Но в ответ ни умного, ни путного не придумала, кивнула согласно.

– Ну и ладушки, - порадовался сыщик и опять к Алексу развернулся, кот драный. Правда, руки теги так и не отпустил. Наоборот, подтянул теугра к себе поближе.
– Говорю, осколок тут не при чём. Знаешь, сколько там дряни было? Просто мусор случайно зацепился.

– Эдакий «мусор» без дела не цепляется, - веско заметил Яте.
– С таким же успехом можно совершенно случайно бриллиант найти.

– А о чём речь идёт?

Каро попыталась сгрести мысли, растекающиеся в блаженно-розовую лужу, в кучу и вернуться к реальности. Ладонь оборотня этому почему-то активно мешала. Теург подумала-подумала, и оставила свою руку там, где она была. Нужно учиться мыслить в любых обстоятельствах и при любых отвлекающих факторах.

– Добрый день, госпожа Каро, - поздоровался вежливый альв.
– Как вы себя чувствуете?

– Здравствуйте, господин Росс, - а вот краснеть вовсе необязательно. Тег с оборотнем себя приветствиями вообще не утруждают и ничего, собственной невоспитанности не стесняются.
– Всё в порядке, спасибо. Я вполне...

– Мы знаем, что ты вполне, - перебил некомплексующий Мастерс, волоча теурга к секретарскому столу, на котором управляющий восседал.
– Ты вот эту штуку узнаёшь?

«Этой штукой» оказался вовсе не альв, как подумалось всё ещё плохо соображающей Курой. А фарфоровый осколок - донышко и кусочек выпуклого бока то ли чашки, то ли вазочки. Белый фарфор, синяя роспись и изрядно стёршиеся тоненькие золотые линии. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы узнать восточную посуду, хотя «вживую» Каро никогда даже блюдца с Островов не видела. По крайней мере, с тех пор, как в Элизии очутилась.

– Нет, - помотала головой тега.
– А где вы его взяли?

– В вашем пальто, - любезно пояснил Алекс.

– В моём?

Пучить глаза серьёзному специалисту, наверное, не пристало. Но от таких сообщений не только глаза на лоб вылезут, но и челюсть отвалится.

– Да когда нашу одежду собирали, чтобы выбросить, Яте твоё пальтецо тряхнул и вот это из него вывалилось, - радостно сообщил Мастерс.

– А откуда оно там взялось?
– оторопело вывезла Каро.

– Хороший вопрос, - неожиданно согласился альв.
– Вот это мы и пытаемся понять. Кроме того, что вещица сама по себе была недешёвой... Я имею в виду фарфор, - тактично уточнил Росс.
– Так вот, дорогой посуде в Сером городе делать, вроде бы, и нечего...

– Да с чего вы взяли?
– перебила управляющего Курой.
– Это же старое человеческое поселение. Почему бы там не быть какой-нибудь вазочке с Островов? Раньше-то ими запросто торговали.

– Глаза разуй!
– посоветовал медик.

– И что я должна увидеть?

– Рисунок и золото.

– Яте намекает на то, что мотивы драконов, да ещё позолоченные, могли украшать только предметы, принадлежащие императорской семье, - растолковал Алекс.
– Сами понимаете, такую посуду на рынке не продают и никогда не продавали. Так вы можете предположить, откуда это у вас, госпожа Каро?

Существуют вопросы, на которые отвечать можно долго и подробно, но проще руками развести - всё равно эффект тот же, потому что сколько не предполагай, а ближе к истине не окажешься. Курой именно это и сделала.

То есть руками развела. Заодно и Мастерс рукой помахал - ладонь теурга он же так и не отпустил.

***

– ... в общем, мог бы и не вылезать, - Мастерс смущённо почесал костяшкой подбородок.
– Ещё бы пару часов и они сами на нас наткнулись.

– Откуда там Гиккори взялся?
– спросила Каро ровно.

Вот недаром же оборотень сотню раз советовал: учись притворяться. Действительно, такое умение в жизни пригодиться может. Сейчас, например. Сидит вся из себя спокойная, в окно кеба, по традиции грязью залепленное, смотрит. Голос не срывается, и не хрипит. А то, сколько сил требуется, чтобы не разреветься и на шею Рона не кинуться, знает только она сама. И хорошо, хватит с неё истерик.

– Так Алекс к нему бросился. Прождал нас в конторе до полуночи и поехал бравого инспектора из постели вынимать. А там уж сам Гиккори полицейских нагнал. Место, где мы провалились, они моментально нашли. И с утра начали пустырь прочёсывать. Просто этот Седьмым трах... эм... проклятый водоотвод совсем в сторону уходит. Так что зря я геройствовал.