— Я думала, что тебе не нужна служанка, — бесстрастным голосом напомнила ей Трис.

Её молнии только-только начали угасать.

Гудруни посмотрела на Сэндри:

— Не нужна? Леди, я не хочу быть обузой… я могу устроиться швеёй в городе. Я никогда не намеревалась быть у вас на попечении…

— Тихо, — мягко сказала ей Сэндри.

Она зыркнула на Трис и произнесла:

— Мне ясно дали понять, что отсутствие у меня служанки — это очень странно. Гудруни добавит мне важности. Ясно? Тебя это устраивает?

— Мою-то голову не надо откусывать, — парировала Трис, когда Чайм забралась ей на плечо. — А важность что, доставили тебе посреди ночи? Я не слышала, как она прибыла.

— Её тайком протащили вместе с утренним хлебом, — заметил Браяр. — Не хотели, чтобы мы вставали между ней и её важностью.

Сэндри подбоченилась, гневно глядя на них:

— Хватит.

— Да, Клэйхэйм, — сказал Браяр.

Он поклонился, и вернулся в свою комнату.

— Да, Клэйхэйм, — добавила Трис.

Она сделала реверанс, и вернулась в свою комнату вместе с Чайм.

Сэндри посмотрела на Даджу, явно расстроенная, и раскрыла рот, но Даджа покачала головой. «Дай им успокоиться. Они всегда слушают лучше после завтрака», — подумала она, хотя и не использовала их магическую связь. Она знала, что Сэндри и без этого её поймёт.

— Ну, я знаю, что сказала бы Её Имперское Величество, — отозвался Джак.

В отличие от остальных, он выглядел свежим и готовым к новому дню, опираясь на перила галереи и весело улыбаясь.

— Она говорит «слово клэйхэйм — закон» каждый раз, когда имеет ввиду важность или брак одного из её слуг. Особенно когда клэйхэйм — имперской крови. Ты по утрам дышишь огнём, так ведь, Леди Сэндри? Бедолага, который на тебе женится, может быть неготовым к такому острому [6] перцу в своей постели.

Сэндри показала ему язык.

«Она уже забыла о совсем недавней прибавке в важности», — сделала наблюдение Даджа.

Гудруни осела на пол, рыдая.

— Хватит, — ласково сказала ей Сэндри. — Похоже, что ты не лгала, что и к лучшему, если ты будешь на меня работать.

Она посмотрела на Амброса:

— Ты пошлёшь с Рави Гудруни несколько солдат, чтобы помочь ей упаковать вещи и привести сюда детей?

Элага посмотрела на своего мужа:

— Ты сказал, что будут изменения, когда клэйхэйм вернётся домой, — заметила она, сверкая глазами. — Я вижу, что ты не шутил. Возможно, тебе следует отдать приказ о проверке катапульт, на случай, если она захочет попозже с ними попрактиковаться.

Она развернулась, и скрылась в своей комнате.

Ризу засмеялась со своего места на противоположной стороне лестничного проёма:

— Разве это будет весело? — спросила она у Даджи. — Одевайтесь. Вы и Кэйди можете отправиться кататься на лошадях вместе со мной.

Когда Даджа кивнула в знак согласия, Джак предложил:

— Я поеду.

— Но не я, — проворчал Фин. — Я — обратно в кровать.

Амброс не отрывал взгляда от Сэндри:

— Я не был её повелителем, — осторожно сказал он. — Я мог запретить ему её бить, но это всё, что я мог.

— Пожалуйста, Кузен, не сыпь мне соль на рану, — мрачно ответила Сэндри, жестом призывая Гудруни встать. — Я и так уже чувствую себя виноватой.

Обращаясь к стоявшей рядом с собой женщине, она сказала:

— Ты дважды подавала прошение моей матери?

Она повела Гудруни обратно в свои покои.

Даджа вздохнула:

— А я-то надеялась спать допоздна, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Дай мне час? — спросила Даджа у Ризу.

Та кивнула, и вернулась в свои покои, в то время как Даджа ушла одеваться. Одевшись, она заглянула к Сэндри.

Её подруга стояла в своей личной гостиной, уныло глядя в открытое окно. Из спальни доносились звуки кого-то роющегося в вещах. Похоже, что новая служанка Сэндри сразу принялась за дело.

— Так уж это было срочно? — полюбопытствовала Даджа. — Обязательно нужно было первым делом решать это с утра?

Сэндри поморщилась:

— Хочешь сказать, что мне следовало сделать это торжественнее? Вероятно. Но Халмар сам первым ворвался сюда, помнишь? Я думаю, Кузен Амброс остановил бы меня, будь я неправа. Ты не видела её, Даджа. Она спряталась здесь, чтобы поговорить со мной.