Он широко улыбнулся, и пошёл обратно в замок.

Сэндри по-прежнему могла чувствовать тепло его пальцев на своих собственных. Она изумлённо посмотрела на свою ладонь. На ней был зелёный след, и запах мяты.

Сэндри улыбнулась. Он украл у неё мятный росток.

Когда Сэндри вернулась к императрице, она вновь оказалась окружена дворянами. Даджа не могла не заметить, как Сэндри обменялась взглядами с мужчиной, сидевшего у императрицы под рукой. «Это был Шан, который говорил с ней в тот день в имперских садах», — вспомнила Даджа. «Надеюсь, Сэндри ни на что тут не надеется. Он и Берэнин похоже очень, очень близки, и этот Кэнайл, которого я тоже считала очень близким с императрицей, он убрался в угол, когда явился Шан. Так и стоит там, зыркая на него.

Даджа подтолкнула локтем Ризу, сидевшую рядом с ней на скамейке, держа Чайм на коленях. Когда Ризу подняла на неё взгляд, Даджа проигнорировала шипучее ощущение у себя под кожей, и прошептала:

— Её Имперское Величество похоже очень расположена к Шану.

Ризу тихо засмеялась — звук, от которого руки Даджи покрылись гусиной кожей. «Я что, чем-то заболела?» — задумалась Даджа.

Наклонившись вперёд, чтобы шептать Дадже на ухо, Ризу сказала:

— Ещё бы она не была расположена, он же с ней спит.

Даджа дёрнулась, чуть не ткнувшись в нос Ризу своим собственным. Ризу захихикала, и провела по носу Даджи своими пальцами. Даджа сглотнула, и повернулась, чтобы прошептать Ризу на ухо:

— Он — её любовник?

Ризу подвинулась немножко ближе:

— Сейчас это Шан, раньше это был Кэн, и он может снова им стать, и есть ещё двое, чьи негодующие взгляды в сторону Шана ты могла заметить, и они готовы первыми встать в очередь, если Берэнин заскучает.

Даджа качнулась назад, ошарашенная. Люди часто вступали в любовные отношения, если не состояли в браке, но ей казалось жадным заводить более одного любовника.

— Как, по твоему мнению, безвестный Першан фэр Рос получил такую важную должность, как Мастер Охоты? — поинтересовалась Ризу. — Он бы не смог позволить себе заплатить пятьдесят золотых аргибов, чтобы получить эту должность. За него заплатила Её Имперское Величество.

Ризу прикрыла свои обрамлённые длинными ресницами глаза:

— Он уже где-то пять недель является фаворитом императрицы. Он тебе нравится?

— Нет, — сказала Даджа, озадаченная тем, что Ризу вообще приходится это спрашивать. — Ох, он довольно красивый. С такими плечами, он мог бы быть кузнецом, но нет. Я просто любопытствую.

— Сэндрилин, — позвала императрица.

Сэндри с тоской посмотрела на Берэнин. Она беззвучно спросила у Даджи: «Теперь-то она оттащит от меня моих ухажёров? Пока они меня не задушили?»

Даджа фыркнула.

— Что? — поинтересовалась Ризу, но Даджа лишь покачала головой.

— Мы намерены завтра поехать на охоту, в Лес Кристинмёр, — объяснила Берэнин. — Мы приглашаем тебя и твоих друзей.

Её тон ясно дал понять, что это была не просьба, а утверждение.

Сэндри нахмурилась, затем встала, жестом прогоняя рассевшихся перед ней молодых людей, как жена фермера могла бы прогонять цыплят.

— Ваше Имперское Величество весьма любезна, — медленно ответила Сэндри.

Дадже было ясно, что она с трудом находит слова, которые не прозвучали бы оскорбительно. Сэндри продолжила:

— Но правда в том, что мы с друзьями не охотимся.

Браяр лениво вышел на свободное пространство перед императрицей:

— Ну, я охотился, когда была необходимость, — сказал он, вежливо кланяясь. — Но не так, как собирается охотиться Ваше Имперское Величество, верхом, с птицами и собаками.

— И с загонщиками, — добавила Трис, выходя из затенённого уголка, где она разговаривала с Ишабал. — Которые пугают беспомощных зверей.

— Кабан или лось едва ли беспомощен, — сухо заметила императрица.

Она мгновенно нашла взглядом Даджу:

— Ты тоже возражаешь против охоты? — мягко спросила она.

Даджа пожала плечами, и встала, чтобы поклониться:

— Никогда не пробовала, Ваше Имперское Величество. Верхом я езжу неплохо, но единственное оружие, с которым я умею обращаться — это посох, и он — для разбивания человеческих голов, а не звериных.

Когда Берэнин улыбнулась, придворные засмеялись.

— Прелестная искренность, — с улыбкой сказала она Дадже. — Вы должна простить нас, северян. Мы все научились охотиться в детстве, верхом на наших первых пани. Что ж, хорошо, поскольку охота вас не привлекает, что вы скажете насчёт визита в Драгонстоун [7] ? Сагхад Амброс знает, где это, на полпути отсюда до Саблэлиза. Это крепость времён старой империи Хайдхэлтак, очень милая. Я из неё делаю что-то вроде сада камней, в остатках зданий и вокруг них, с прудами и местами для пикника.