Браяр почесал в затылке, потом вспомнил, что этот жест не считается приличным в нормальном обществе:

— Я не знаю, — честно ответил он. — Но Сэндри не останется ради красивого лица, кому бы оно ни принадлежало. Некоторые растения растут там, где пожелают, Ваше Величество. Вы это знаете. Убеждайте их, поливайте их, освещайте их, пересаживайте их, делайте, что хотите, но они будут расти лишь там, где они решили. Единственный способ заставить их повиноваться — убить их, а это — напрасная растрата, по моему мнению.

Он радостно улыбнулся ей.

— Однако, я — лишь копающийся в земле садовник, с грязью под ногтями и за ушами. Я лучше разбираюсь в том, какие растения лучше растут рядом с овощами, чем в сочетании людей.

Берэнин сделала вдох. «Она что, сожжёт меня за мою надменность?» — подумал Браяр. «Обратит против меня своего молодого мага? Или примет совет, как садовник от садовника?»

Императрица выдохнула, и протянула свободную руку, чтобы шлёпнуть Браяра по плечу.

— Ты — досадный молодой человек, и честен к тому же. Дозволяю тебе удалиться, чтобы принести мне со стола свежих ягод.

Потребовалось вежливое, заставившее её покраснеть извинение, намекавшее на необходимость посетить уборную, чтобы Сэндри освободилась от придворных, вертевшихся вокруг неё с момента прибытия Берэнин. Оказавшись вне их поля зрения, она мгновенно бросилась бежать вниз по двум связанным коридорам наружу, в сад, чтобы побыть в тишине.

«Да что с ними такое?» — гадала она, в основном думая о Джаке и Фине. «Они милые, и весёлые, и вполне неплохие друзья, если не считать их желание флиртовать. А потом приезжает моя кузина. Вдруг они начинают вести себя так, будто каждое срывающееся с моих губ слово отлито из чистого золота! Чтоб их Зелёный Человек в лозах запутал, если они ещё раз так меня окружат! Либо это, либо я заставлю их штаны падать. Посмотрим, будут ли они лебезить передо мной, поддерживая штаны».

Хмурясь, она нашла скамейку в саду для трав, и села, позволяя запахам розмарина и базилика успокоить её расшатанные нервы. Закрыв глаза, она могла притвориться, что была на пороге коттеджа Дисциплины и купалась в запахах, исходивших от трав Розторн.

Наконец она открыла глаза. «Мои проблемы — не в Дисциплине. Они здесь, и нужно смотреть им в лицо. Я могу справиться с Джаком и Фином — я это делала с тех пор, как мы сюда приехали. Если бы только они мне докучали, я бы послала их заниматься делами! Проблема в том, что докучают не только они. По крайней мере три других… прихвостня Берэнин вцепились в меня как репейник! Как мне заставить её отозвать их?»

— Извини… я не знал, что здесь кто-то есть, — послышался мужской голос. — Прошу прощения.

Сэндри обернулась, игнорируя предательски споткнувшееся при виде Першана фэр Роса сердцебиение. «Зелёный ему очень идёт», — подумала она, и улыбнулась:

— Нет, ничего, — ответила она. — Если только ты не искал уединения?

Он вернул ей улыбку, глядя ей в глаза:

— Я просто вышел прогуляться. Это у тебя такой вид, будто ты ищешь уединения. Или хочешь кого-то убить.

Сэндри приложила ладони ко лбу:

— Я не люблю, когда вокруг меня толпятся, — объяснила она. — Там было ужасно многолюдно.

Скамейка была устроена вокруг очень старой яблони. Шан сел там, скрестив длинные ноги перед собой, и откинулся назад.

— Так пойдёт? Я вокруг тебя совсем не толплюсь.

Сэндри захихикала:

— Спасибо, — сказала она ему. — Но разве тебе не было бы веселее с другими придворными?

— Может быть, иногда я тоже чувствую себя зажатым, — ответил он. — Тебе стоит увидеть владения моей семьи. Они похожи на Ландрэг, но расположены в предгорьях. В хороший день можно проскакать галопом мили, и не встретить ни души.

Он улыбнулся, закрыв глаза.

— Раньше я совал в перемётные сумы хлеб и сыр, может быть несколько яблок, и просто… уезжал.

Он открыл глаза, и широко ей улыбнулся:

— Фин и Джак наконец вспомнили, что им следует уделять тебе больше внимания.

— Вчера мне почти удалось отучить их от этой вредной привычки, — едко ответила Сэндри.

— Бедная пичужка, заточённая в клетке, — протянул Шан. — Посмотри на это с другой стороны: если выйдешь за одного из них замуж, то они оставят тебя в покое.

Сэндри сердито посмотрела на него:

— Брак — это нечто большее, чем возможность быть оставленной в покое, когда тебе хочется. И все эти попытки завладеть моим вниманием… когда этих мальчишек просто швыряют мне в лицо, это так… постыдно. Если честно, кузина мне не кажется настолько грубой.

Шан осклабился:

— А, но видишь ли, она — жертва своего собственного успеха. С тех пор, как она пришла к власти, она потихоньку укрощала великие владения страны, с помощью налогов, и браков, и других хитростей. Она предложила одному не очень сообразительному малому герцогство над тысячами акров рядом с Морем Травы, если он отдаст свой чрезвычайно богатый Сагхадат на западном берегу Сиф. Теперь он строит замки и пытается создать богатство из травы и кочевников…