Он осознал, что замолк, и тихо засмеялся:

— Прости, я всё ещё нахожу это забавным. В общем, последнее нетронутое великое владение, помимо земель Окмор — это…

— Ландрэг, — сказала Сэндри.

— Ландрэг, — ответил Шан, кивая. — Мужчина, который выйдет за тебя, не только получит в жёны очаровательную леди…

Сэндри зыркнула на него, заставив Шана засмеяться. Он продолжил:

— Он также получит очень, очень большое состояние, а также любые связи, которые ты сможешь установить с Советом Магов. Поскольку Амброс спас тебя от потери земель из-за налогов, Её Имперское Величество теперь изо всех сил старается не дать ухаживать за тобой бывалым и опытным мужчинам. Мужчинам, которые не находятся у неё под каблуком. Она ставит тебя на пути молодых людей, в которых она уверена, людей, которых она может контролировать даже после того, как они на тебе женятся.

Сэндри подобрала камешек, и бросила его в сад:

— Ну, она тратит время впустую. Они тратят своё время впустую. Я вообще не хочу выходить замуж.

Она встала, отряхивая юбки:

— Шан, почему бы нам не проехаться? — импульсивно спросила она. — До деревни и обратно? Галопом, одна нога здесь, другая…

Она оборвала себя на полуслове. Он качал головой:

— Императрица пустит мои кишки на подвязки, — без обиняков сказал он. — С её точки зрения это будет моей попыткой подрезать остальных. Это вызовет её недовольство. Это очень плохая идея — вызывать недовольство Берэнин.

— Разве ты не хочешь со мной прокатиться? — спросила Сэндри, озадаченная.

— Ещё я хочу сохранить на месте мои потроха, — уведомил её Шан. — Мужчина при имперском дворе служит прежде всего императрице. Мы не должны испытывать привязанность ни к кому, кроме неё, как бы трудно это ни было. Поверь мне на слово, единственная причина, по которой твои пылкие ухажёры такие пылкие? Она дала им знать, что у них есть её соизволение. Как только один из них тебя заарканит, они вернутся ко двору, и будут внимать только ей.

Видя, что у Сэндри от ярости расширились глаза, Шан добавил:

— Она чуть не казнила одну из своих фрейлин, когда та вышла замуж за дворянина без её ведома. Пришлось вмешаться жрицам Кунок. Теперь этой паре запрещено показываться при дворе.

— Но это же глупо! — воскликнула Сэндри.

— Нет, — ответил Шан. — Это — неприятное последствие наличия великой, незамужней правительницы, прославившейся своей утончённостью. Она может приказать нам плясать под её дудку, и мы это сделаем. Всегда есть шанс, что однажды она по уши влюбится в одного из нас, и сделает этого человека императором. Даже если она влюбится, но не выйдет замуж, она осыпет своего любовника титулами, землями и деньгами. Её рука полна золота. Будь она уродливой как сапог, мы всё равно бы молились на её алтаре, а ведь она отнюдь не уродлива.

Сэндри содрогнулась:

— Я никогда так не стану жить. Люди должны быть свободны любить и вступать брак по желанию.

— В идеальной империи так бы и было, — согласился Шан. — Но мы живём не там. Не печалься так. Ты ей нравишься. Если ты ей понравишься в достаточной степени, то она сделает тебя одной из своих спутниц, даже если ты выйдешь замуж. Жизнь при дворе может быть забавной.

Наклонившись вперёд, Сэндри сорвала росток мяты, и поднесла к носу, наслаждаясь запахом свежести:

— Если бы я жила лишь ради забав, то мне, может быть, даже понравилось бы, кто знает? — спросила она, пожав плечами. — Но я — маг. Я живу, чтобы работать. Я люблю свою работу. Двору придётся забавляться без меня, когда минует Луна Сусла.

Она назвала последний месяц лета.

Шан поднялся на ноги:

— Мне лучше снова вернуться ей под нос, пока она не заподозрила меня в ухаживании за тобой. Её Имперское Величество уже четыре месяца меня не наказывала. Я бы предпочёл не прерывать эту череду успехов. Позволь откланяться?

Впервые за весь день молодой человек покидал её, а не наоборот.

— Разве ты не хочешь за мной ухаживать? — услышала свой голос Сэндри, её язык будто зажил собственной жизнью.

Хотя тон, которым она это произнесла, показывал лишь лёгкое любопытство, она чувствовала, как её лицо потихоньку краснее. «Дура!» — бранила она себя. «Дура, дура! Теперь он подумает, что это ты бросаешься на него, в то время как ты просто хотела узнать, почему он не пасётся с остальным стадом!»

Шан засмеялся, что заставило её покраснеть ещё сильнее.

— Ты мне нравишься, Сэндри, но меня нет в списке разрешённых ухажёров, — сказал он, широко улыбаясь. — Кроме того, дружба всегда лучше ухаживания — так говорила моя бабка. Я бы предпочёл, чтобы мы были друзьями.

— Ох, — сказала она, стараясь напустить безразличия в голос, хотя румянец по-прежнему заливал её щёки. — Я бы тоже этого хотела.

— Хорошо, — сказал он, протягивая руку.

Сэндри взяла её, и обнаружила, что её ладонь утопала в его собственной.

— Значит, друзья, — сказал Шан, крепко пожав ей руку, и отпустив.