Авроры, мгновенно среагировав, выхватили палочки и начали бить заклятиями во все стороны, но проказливые неугомонные пикси лезли отовсюду, словно разжиревшие мухи и пребольно кусались своими крохотными зубами-иголками.

— Сваливаем! – горячо прошептал Джеймс, и они с Лили начали плавно отступать.

Гомон пикси был слышен повсюду, эхом отдаваясь в каменных коридорах, заставляя учеников и преподавателей останавливаться и поднимать головы, силясь понять, что же происходит.

Время было рассчитано очень точно: выпустить первую порцию вредителей за пять секунд до звонка, когда все студенты валом бросятся на обед. Огромная визжащая туча пикси неистово атаковала мракоборцев, лезла им в глаза и рот, но особенно коварные проказники уже рванули прочь по коридорам, почуяв своих новых жертв – студентов.

Справиться с пикси было сравнительно легко, в случае, конечно, если ты был готов к их появлению, а количество летунов не превышает численность противника более, чем в пять раз, и у тебя, к тому же, стальные нервы.

То есть, по факту, шансов не было вообще.

Ученики замахали руками, пропуская мимо ушей увещевания преподавателей успокоиться и действовать слаженно, а нахальные пикси раззадорились еще больше.

Слагхорн взял на прицел самого прожорливого малыша – явно предводителя стаи — и пытался попасть в него Оглущающим заклятием, но умный пикси понял, что нужно прятаться за учениками и залез кому-то за воротник. Тут же раздались еще более громкие вопли – уже какого-то пуффендуйца, который одновременно смеялся, плакал и орал: «О-о-ой! Как щекотно-о-о!..»

Из другого коридора выбежала Помона Спраут, шествующая на обед, Она отбивалась от огромной тучи вредителей, по пути сбрасывая с себя верхнюю одежду, под которой прятались летуны. Вслед за ней бежали перепуганные слизеринцы-первокурсники.

Помона вместе со слизеринцами, ничего не видя и не слыша, врезалась в пуффендуйцев и Слагхорна. Ученики, запинаясь и падая, заголосили еще громче. Сама женщина тяжело навалилась на старого зельевара, и тот оскорбленно заверещал – похлеще самих пикси. Кто-то рядом, завидев эту картину, рассмеялся, тыкая в преподавателей пальцем, и тут же завизжал, когда один совсем крохотный летун засунул голову ему в нос и принялся шерудить там своими пальчиками.

Где-то далеко раздался громогласный приказ МакГонагалл всем немедленно замолчать и успокоиться, но он тут же потонул в одном большом вопле учеников, которых крупные пикси схватили за уши и одежду и начали тащить в воздух. По другому коридору проплыл профессор Дамблдор, размахивающий палочкой и пытавшийся стряхнуть летунов со своей длинной бороды. Под конец ему это удалось и он рухнул прямо на голову МакГонагалл, над которой в тот момент пролетал, и женщина не успела увернуться.

Группа когтевранцев оживленно переговаривалась, обсуждая странный и необычный окрас существ, после чего решительно сжав в руках палочки пошла в атаку, чтобы отловить как можно больше «экспериментальных образцов». Складывалось ощущение, что ребята пытаются идти против штормового ветра. Под конец их закрутило в разноцветном смерче, и с гоготом и визгом выбросил по разные стороны на стены. Когтевранцев это нисколько не остановило.

Хохот учеников сменялся обиженными воплями, обиженные вопли перерастали в визг, а затем снова в хохот, когда какого-нибудь преподавателя или аврора схватывали пикси и начинали таскать его по всей зале. Вокруг летали рваные пергаменты, перья, ученики были перемазаны в чернилах, которыми сообразительный Пивз кидался в кого ни попадя. Аргус Филч летел по воздуху, вцепившись в хвост миссис Норрис, которую пикси упрямо тащили вверх. Кошка страшно орала, а внизу бегал Колокольчик и, перекрывая всеобщий гомон, радостно тявкал. Его летуны отчего-то не трогали.

Сириус Блэк, приземлившийся на своем мотоцикле прямо в гриффиндорской спальне, услышав шум, выбежал из гостиной и тут же был сбит шевелящейся пищащей волной летунов, учуявших новую жертву. Отбиваясь и закрывая голову и лицо воротником он пополз обратно к портретному проему, но это было все равно, что плыть против океанского течения.

— Фиетто! ­– воскликнул звонкий резкий голос, и пикси все как один отлепились от Блэка, оставив того сиротливо лежать на полу, все еще подрагивая и вяло шевеля ногами.

Переждав пару секунд для надежности, Сириус рискнул высунуться из «укрытия» и уставился на длинные голые ноги. Выше, выше, выше… короткая юбка Евы Кавендиш, едва прикрывавшая нижнюю часть бедер, немного расстроила Блэка, но он решил не отчаиваться. Он рывком перевернулся на спину и поднялся, слегка покачиваясь.

Куда тише шумящие пикси летали вокруг Евы, создавая импровизированный пестрый ореол, состоящий из быстро-быстро мелькающих крыльев и сверкающих зубов. Ева ухмылялась, скрестив руки на груди и чуть склонив голову.

— Твоих рук дело? – хрипло спросил Сириус.

— Мы дружим с природой, красавчик, — усмехнулась Ева. – Пикси нас любят.

— Да ну? А как же заклинание, которое ты только что произнесла?

— Нет, это их язык. Означает «Назад!».

Сириус скептически скривился, всем своим видом выражая сомнение и недоверие.

Один шаловливый летун все-таки не удержался и, подлетев к Блэку, цапнул того за нос. После чего запищал очень довольно и вернулся в стаю. Ева рассмеялась красивым грудным смехом и небольно щелкнула пикси. Тот, кувыркнувшись в воздухе, ответил – Сириус мог бы поклясться – ласковым визгом.