Впрочем, он не был бы одним из лучших магов клана, если бы не умел держать себя в руках. Отбросить эмоции и подумать…

Перед мысленным взором замелькали символы и формулы, маг занялся любимым делом, в воображении появились стройные ряды выводов и решений, цепочек и логических рядов…

А в это время за пленником следило создание, лишенное разума в привычном людям смысле. Полуразумное сознание с интересом следило за эти пленником… и внезапно Доску, а это была она, затрясло от смеха. Ну, каков наглец! Он не абы на что замахнулся, а пытался просчитать ее! Доску Судьбы! И… у этого наглеца это получается! Может немного топорно, может – не совсем теми путями, какие она уже видела не раз… но он – уже был ближе всех к разгадке.

А ведь парнишка не пытался мыслить категориями подвластными ему. Это был тот редкий тип разума, который способен видеть ЦЕЛЬНО. Он видел взаимосвязи и мог перестраиваться и постигать все, вне зависимости от того, подвластно оно ему, или так и останется бесполезными знаниями. Впрочем, он явно считает, что бесполезных знаний быть не может вообще.

О да, она не ошиблась… Велиару не хватает как раз этой парочки, чтобы его душа омолодилась, чтобы он не сгинул и не бросил ее, Доску, одну. Возможно, она сможет изменить судьбу своего хозяина, подтолкнуть его к новой основной четверке Игроков, двое из которых стояли у истоков Игры. Да, она бы хотела этого… Но услышат ли ее? Она постарается. Велиар никогда не был глух к ее советам, может услышит и теперь. Она посмотрит и будет ждать новых Игр. А эта – пока что одна из интереснейших.

Глава 20. Рассуждения и размышления.

Шестой ход

Над городом бушевала гроза. Ливень омывал опустевшие улицы, измученные последними событиями. Омывал он души и разумы жителей города, смертных и не очень… Дождь гулял по столице, заглядывал в окна, стучал в двери, пробегал по крышам и радостно прыгал по лужам. Дождю было весело.

На балконе элитного пентхауза одиноко стоял парень с волосами цвета искрящегося на солнце янтаря. Он стоял, опершись локтями на тонкие золоченые перила, и смотрел на буйство стихий. И в его глазах не плясали привычные искры озорства.

К парнишке в белой рубашке и брюках подошел енот и подергал за штанину. Такое состояние хозяина ему не нравилось.

– Чего тебе, лохматый? – Спросил Велиар, поднимая зверушку на руки. Тот фыркнул и попытался удрать. На удивление хозяин не стал со смехом его ловить, а отпустил. Зверек насторожился и поспешил ретироваться.

Вэл опять оперся на бортик и тихо проговорил:

– Я рад, что ты пришел, Базиль…

– Что-то не так? – Тихо и спокойно обронил Базиль. – Вы нетипично мрачны.

– Не знаю, друг мой… Наверно я просто старею. Что, не ожидал этого услышать от вечно играющего меня? Да, такое тоже бывает… Даже такой как я – может постареть… Знаешь, Базиль, я скучаю по тому времени, когда мы были детьми… два брата и сестра. По нашим забавам, играм… я ведь создал Игру для нас… четвертое место появилось, когда к нам присоединилась Смерть. А потом сначала повзрослела она, потом наш брат, да и сестре надоело Играть. – Парень невесело вздохнул. – Знаешь, почему я исчез? Для всех, даже для вернейших последователей? Я боялся повзрослеть, как брат. Сестра отзывалась своим последователям, ее культ жив до сих пор, а от моих последователей остался только Орден, и тот – чисто формально. Почему? Потому что даже Демиург может постареть и уйти. Наш брат ушел, Базиль. Разорвал саму свою суть на семь осколков и пустил их в мир, я видел того, кто собрал все семь. Через пару тысяч лет он может быть и поймет, что это за сила. Или его надо учить. Нормально учить, а нас не учил никто. Слышишь, Базиль? Никто. Для нас это естественно, как для людей – дышать. Мне достаточно только захотеть, и этот город, страна, материк, да вся планета – вымрут. Десятками тысяч лет я Играю, десятками тысяч лет я меняю судьбы мира. Да что я рассказываю… Помнишь, за что я выбрал именно тебя, друг мой? – Спросил неожиданно Демиург.

Базиль промолчал. Его пугало такое настроение Велиара. Представляете, что может натворить Демиург, если он не в духе? Он верно сказал, если он захочет – миру конец. Сила этого существа неизмерима…

Велиар не ждал ответа. Помолчав минуту, он продолжил сам.

– Я помню… помню твое Посвящение в Командоры… я принимал его. Ты ЗНАЛ, кто перед тобой. И ты не испугался. Ты не рухнул на колени. Да, ты преклонил колено, но без самоуничижения. Всем видом, взглядом ты давал понять – я сюзерен, а ты – вассал. Но ты не раб. Меня это заинтересовало. А потом я прочел в твоих глазах, в душе – вызов. Ты бросал мне, мне – твоему богу – вызов. Дерзость, за которую многие бы тебя наказали… а я прочел в твоей душе предложение сыграть. Ты тогда не знал, что я Игрок, что я – создатель и хозяин Доски Судьбы… И ты бросил кости. Ты знаешь, Базиль, что я никогда не боюсь сыграть, хотя и знаю, что выигравший может просто и буднично приказать мне умереть… и я умру. Я пленник Доски, и я знал, что так будет, когда создавал ее. Мне нравилось Играть с тобой, ты получал удовольствие от Игры, не меньше, чем я. Как же я веселился, когда ты меня обошел, я умею проигрывать, это даже интереснее, чем побеждать, хотя я никогда не поддаюсь… Когда Доска исполнила твое желание, в шоке был даже я… и вот уже седьмое столетие ты мой верный спутник… – Велиар проводил взглядом молнию, расколовшую небеса, и поразившую шпиль на одном из домов. – Скажи, ты не устал от этого, мой джокер?

– Нет. – Базиль подошел к парапету и тоже оперся руками о бортик. Раз уж господин настолько отвлекся от привычной маски, можно позволить себе редкое нарушение этикета. – Я не устал быть твоим джокером. А ты устал? Неужели Игрок устал Играть?

– Не знаю. Пожалуй, нет. Просто я оборачиваюсь назад, и вижу, что мне всегда было все равно, что будет с игроками. Умрут ли они? Пожелают ли чего-то плохого? Я помню, как Мистраль с моей помощью обманул закон мироздания – если у Изначального родится дитя, Изначальный должен умереть. Он выиграл и – не умер… Но такова сила Доски. Даже мы, Демиурги, не можем противиться ей…

– Что же гложет тебя, мой сюзерен?

– Наверно, я просто старею… и однажды придет мое время покинуть этот мир… – Невесело сказал Вэл.

– Это просто дождь… – Базиль отошел, пошел к двери. – Но с этой девочкой, внучкой Лисы Алисы, потомственной Вьенте, ты Играешь с редким наслаждением… может она и есть ключ к омоложению твоей древней души?

Сказав то, что счел нужным, Базиль покинул пентхаус.

– Кто знает… – Со странной, несвойственной ему, саркастической усмешкой отозвался Вэл. – Может ты и прав, мой Джокер…