Ложь! Снейп убил Дамблдора. Другие подтвердили это! Они были свидетелями его смерти!

– Истинным хозяином Древней палочки был Драко Малфой.

Три отдельных вздоха уловили мои уши. Один издал Драко, чьи мысли были в раздрае. Я ожидал найти сожаление в его мыслях, но все, что смог обнаружить, было полным шоком и парализующим страхом. Он вспомнил, что разоружил своего прежнего Директора школы, и понял, что его действия приведут к той же участи, что и Снейпа. Второй вздох сделала женщина с его стороны, чьи мысли были зеркальным отражением мыслей Драко.

Только не мой сын! Он убьет его обязательно! Он собирается убить моего сына!

Третий вздох издала Гермиона. Ее глаза увеличились, и взгляд переместился с оружия в руках Гарри к мальчику из Слизерина, который в настоящее время находился в крепких объятиях своей отчаявшейся матери, и, наконец, вернулся к Палочке.

Он взял ее! Он взял ее в Малфой Меноре. Он хозяин палочек Драко!

И вдруг Гермиона оказалась на одной волне с Гарри. Она поняла, куда вел разговор, как и я; мой взгляд прилип к палочке из красного дерева, которую Белла выиграла у Пожирателя смерти. Я снова коротко посмотрел на Гермиону, и ее глаза, казалось, сверкнули, когда она посмотрела в направлении центра зала, дыхание ее ускорилось от силы восторга и надежды, прежде чем я переместил свой взор к кружившейся паре.

– Но какое это имеет значение? – сказал Воландеморт тихо. – Даже если ты прав, Поттер, это не имеет значения для тебя и меня. У тебя больше нет палочки с пером Феникса: мы сражаемся только в мастерстве… и после того как я убью тебя, то смогу заняться Драко Малфоем.

– Но ты слишком опоздал, - улыбнулся Гарри в ответ. – Ты упустил свой шанс. Я добрался до него первым, я одолел Драко неделю назад. Я забрал у него его палочки.

Он помахал палочкой, и сердце Воландеморта немедленно забилось с удвоенной скоростью, безумно сокращаясь, как если бы оно хотело вырваться из грудной клетки, чтобы избежать опасности, которую очевидно чувствовало.

Он испугался, - подумал Джаспер, смотря на змееподобного человека, он затаил дыхание, когда страх и восторг от значимости момента повлияли на его собственные эмоции.

То, о чем я просил последнее время, я заглянул в мысли Воландморта. Джаспер оказался прав: чудовище почувствовало свою смерть.

Этого не может быть! Он не может быть ее хозяином! Я не могу умереть! Это не может быть моей судьбой! Я прошел длинный путь к бессмертию! Я не могу - не буду – быть побежденным! Я не должен проиграть! Он должен быть единственным, кто умрет… Не я!

– Все сводится к этому, не так ли? – прошептал Гарри, крепче перехватив свою палочку, до момента истины осталось всего несколько секунд. – Знает ли палочка в твоих руках, кто был ее последним хозяином? Потому что если она… Я истинный хозяин Древней Палочки.

Вдруг красно-золотой луч восходящего солнца пересек комнату, окрасив Большой зал в цвета факультета Гарри – и Беллы, - обозначив конец сумерек и начало нового дня. Высокий, свирепый, пронзительный крик Воландеморта наполнил воздух в тот же момент, что Гарри издал свой финальный защитный возглас, двое мужчин будто горели в огненном свете зари.

– Авада Кедавра!

– Экспелиармус!

Зеленая и красная вспышки мелькнули между ними, встретившись в центре с невероятным звуком, когда два заклинания столкнулись в огненном взрыве. А потом цветные вспышки слились вместе в решающую секунду, возвращаясь к человеку, который убил много невинных людей – возмездие, в конце концов, пришло за ним.

Его мысли прозвучали с последним криком, в момент, когда его вспышка поменяла направление – в момент, когда он понял, что смерть была неизбежной и, наконец, догнала его.

Двойная вспышка ударила его в грудь в ту же секунду, сила магии отбросила Воландеморта назад, когда Древняя палочка вылетела у него из руки и направилась в сторону Гарри, своего законного хозяина – человека, которого отказалась уничтожить, - того, кому должна была принадлежать и с кем должна быть едина.

И когда Воландеморт коснулся спиной земли – ум и сердце тирана умолкли, наконец, - Гарри поймал палочку в вытянутую руку, прежде чем его взгляд вернулся к бездыханному телу, настигнутому возмездием, трогательно раскинувшемуся на полу.

Наступил момент тишины, как устной, так и мысленной, когда все в комнате тупо смотрели на труп Воландеморта. Затем поток взрывающихся криков шока и ликования, в отношении своего героя, заполнил комнату; каждый из них испытывал настолько сильную благодарность, что ее нельзя было выразить любым количество «спасибо».

Он сделал это! Он сделал это! – были слова, которые захватили меня на ближайшие несколько секунд.

Это конец! Он сделал это!

Гарри! Гарри!

Он убил его! Он сделал это!