Лерочка споткнулась о ту же кошку Муську и упала. Боксёры, освещённые заревом пожара, наступали на бедняжку.

– Помогите!

Кошка Муська забилась под кровать.

Он появился внезапно. Проскочив через стену огня, Генрих Артерран саданул боксёра Вована ногой на бегу. Тот отлетел в сторону и стукнулся о стенку, отбив порядочный кусок штукатурки, который бухнулся ему на голову.

– Ай! – Вован потерял сознание и обмяк.

Ростик замахнулся кулачищем на съёжившуюся на полу Лерочку, и уже собирался бить. В тот же миг Артерран схватил его за занесенную руку, рывком развернул и, ударив ладонью в грудь, вышвырнул в подъезд. Ростик снёс дверь своей спиной и покатился кубарем вниз по ступенькам. Увидев, что огонь уже распространился по всей квартире, Артерран подхватил перепуганную, плачущую Лерочку на руки и вместе с ней выпрыгнул в окно, разбив стекло собой. Холодный, сырой ветер зашумел в ушах. Этаж был четвёртый – не высоко. Он приземлился на ноги, попав в лужу.

– Чёрт! – грязная жижа заляпала его ботинки и брюки

Сверху сыпались стеклянные осколки. Из окна с шумом вырвалось пламя, озарив улицу. Артерран побежал во двор, прикрывая рукой голову Лерочки. И тут сработал фотоэлемент в «фаршированном» «Запорожце». Бомба рванула, оглушив на миг, раскидывая болты и гайки далеко в стороны. Они застучали о стену дома. Артерран бросился на землю, закрыв Лерочку своим телом. Бедняжка от страха потеряла сознание. И тут откуда-то прилетела пуля и ударила в грязь, рядом с его лицом.

Артерран вскочил, метнулся прочь, на ходу выхватив из-за пазухи пистолет незнакомца. Мимо его виска просвистела ещё одна пуля. Тогда он выстрелил в ответ, продолжая бежать. Из темноты послышался сдавленный крик: попал. Добежав до первой попавшейся машины, Артерран открыл дверцу универсальным электронным ключом и забросил в кабину Лерочку. Потом запрыгнул сам и нажал на газ. Машина развернулась, выбрасывая из-под колёс комья грязи, и умчалась. По иронии судьбы это был «Мицубиси» Чеснока.

====== Глава 78. После драки кулаками не машут. ======

1.

Утра в ноябре холодные. И это утро тоже – не исключение. Небо затянуто серыми слоистыми облаками, из которых сыплет дождик. Ветерок несёт эту водяную пыль в глаза прохожих. Под окнами девятиэтажного дома ходит и громко мяукает серая персидская кошка. Её шерсть намокла и свисает сосульками.

У подъезда валяется обгоревшая груда металлолома. Она вся покрыта пожарной пеной. Пожарная пена, так же, клочьями лежит на окне одной из квартир на четвёртом этаже. Даже с улицы видно, что стенки этой квартиры обугленные, чёрные. Тут же, возле сгоревшей машины стоит большая толпа. Здесь жильцы дома, которые проснулись среди ночи от страшного грохота и от того, что кто-то крикнул: «Пожар!». Они высыпали из квартир, в чём попало, не обращая внимания на холод, и до сих пор тут торчат. Тут много милиционеров и карета «Скорой помощи». Все они галдят, как галки, из-за чего не разберёшь, что они говорят.

– А я видел...

– Да, не бреши! Ты с пьяных глаз, что угодно увидишь!

– Не пил я вчера, ей-богу! Я курить выходил и своими глазами видел, как из квартиры той, сгоревшей, мужик какой-то с девчонкой на руках сиганул! С четвёртого этажа!

– Ага, в прошлый раз ты так же божился, что дедулю – покойничка на футболе видел!

– Заткнись!

– Ага, и не на трибуне, а в команде! Да, и божился, что это он гол решающий забил... в свои ворота!

– Да, я сейчас тебе наваляю!

– Так! – разнял скандалистов участковый Подклюймуха. – Без рук. Расскажите, что вы видели! – обратился он к тому, который выходил курить.

– Так, я и говорю, что мужика видел, который из окошка сиганул!

– С четвёртого этажа? – не поверил Подклюймуха.

– С четвёртого! – подтвердил свидетель. – И не пил я, пусть этот меринос не брешет!

– Сам ты меринос: гляди, какой курдюк висит! – завопил оппонент, тыкая пальцем в небольшой животик свидетеля.

– Так! – оттолкнул его Подклюймуха. – Продолжайте, свидетель.

– Он сиганул и побёг, туда, во двор. А потом тот «Запор» у подъезда как бахнет!

2.

Пётр Иванович с Сидоровым возвращались в райотдел на служебной машине. Они уже успели побывать у Семёновых и разыскать в хаосе вещей молочные зубы Ярослава. Пётр Иванович и Сидоров уже сдали зубы на экспертизу. Теперь нужно было только дожидаться результата. Серёгин решил ещё раз попытаться допросить Сумчатого, а после этого, они с Сидоровым поедут на кладбище машин за «Лэнд Ровером» Ярослава Семёнова. В служебной «Самаре» работал радиоприёмник. Шла передача «Крепкий орешек». Суть её заключается в том, что радиодиджей звонит на какое-нибудь предприятие и бесстрастным голосом начинает задавать ответившему одни и те же вопросы. И задаёт их до тех пор, пока собеседник в гневе не бросает трубку. Когда «Крепкий орешек» закончился, пошли новости. И в новостях сказали, что в доме номер тридцать два по улице Коммунистической произошло ЧП. Диктор рассказал и про пожар в квартире, и про взрыв припаркованного у подъезда автомобиля.

– Коммунистическая... – сказал Пётр Иванович. – Это же «владения» Подклюймухи. Надо бы поговорить с Дмитрием Станиславовичем.

За рулём «Самары» сидел Сидоров. А Пётр Иванович вытащил свой мобильный телефон и позвонил участковому Подклюймухе.

– А, Пётр Иванович! – крикнул в трубку участковый, стараясь перекричать гвалт голосов. – Да, тут история какая-то приключилась. У меня уже и свидетели объявились. Один говорит, что там мужик какой-то из окошка сиганул... А под подъездом... чёрный «Запорожец» стоял. И это, якобы, он и взорвался. Чёрный. Ну где же вы видели чёрный «Запорожец»?