— Слишком большой риск. Сохатый, — наконец сказал он. — Девчонкам в таком вопросе доверять нельзя. Это всегда нытье, мозгоебство и куча паники не по делу. Как всегда.

— Эванс вытащила нас из кабинета Филча.

Сириус страдальчески поморщился.

— И спасла твою задницу летом, я помню, Сохатый. Эванс классная девчонка, но в таком деле...

На лестнице зазвучали шаги. Не сговариваясь, Джеймс и Сириус вытащили палочки. Шаги стали громче и над краем площадки замаячила знакомая вязаная шапка.

— Фуф, — выдохнул Хвост, вскарабкавшись на последнюю ступеньку. Он был красным и потным, в одной руке сжимал какой-то пакет, ладонь другой прижимал к пухлому боку. — Ну вы и забрались! — выдохнул он. — Почему нельзя было договориться встретиться в гостиной?

Джеймс вскочил, пропустив его вопрос мимо ушей.

— Принес?

Сириус медленно поднялся и отряхнулся.

— Принес, — буркнул Хвост и протянул ему внушительный бумажный пакет. — Филч чуть было не поймал меня с ним. И твоя подружка чуть не поколотила меня, Бродяга.

— Брось, она ангел, — невнятно из-за сигареты проговорил Сириус, вместе с Джеймсом извлекая из пакета запутанный моток проволоки и какие-то фонарики. — Немногие сейчас рискнут заказывать что-то у «Горбина». А Роуз просто не любит, когда её будят среди ночи, — он уселся на корточки и принялся разматывать проволоку.

— Сам бы сходил, — Питер шмыгнул носом, наблюдая за тем, как они устанавливают детали ловушки для привидений по краям огромного круглого отверстия в полу. Если заглянуть в него, можно было увидеть пол первого этажа. — Тебе, небось, она была бы рада.

— Вот именно, — широко улыбнулся Сириус, расставляя фонарики полукругом на своей половине площадки. — Меня бы она не отпустила до самого утра.

— Готово! — сообщил Джеймс и поставил последний фонарик аккурат напротив сириусова на противоположном краю площадки. Как только он убрал руку, все фонарики разом налились зеленым светом и проволочная сетка, зависшая над колодцем, тоже вспыхнула и исчезла, словно её и не было.

Джеймс задрал рукав куртки и посмотрел на часы.

— Минута в минуту, господа.

В этот же миг где-то внизу башни раздался характерный хохот — Пивз, который каждую ночь осуществлял один и тот же маршрут безобразий по всей школе, уже на всех парусах несся в Астрономическую башню, чтобы замазать окуляры телескопов чернилами.

— Три... два...

Сириус с удовольствием закрыл глаза и щелкнул пальцами.

Ракета-Пивз влетела в ловушку.

Красиво и аккуратно.

Целую секунду ничего не происходило, а потом — хлопок и ловушка для призраков производства «Горбина и Бэрка» схлопнулась, ещё мгновение — и полтергейст болтается в сверкающей проволочной авоське, а фонарики на полу таинственно сверкают и гудят, удерживая авоську в поле, где магия призраков и полтергейстов бессильна.

— Как дерьмо в трубу! — радостно сообщил Сириус.

— Десять — ноль в пользу Гриффиндора! — Джеймс вскочил и вскинул руки. — Не надо оваций и жарких признаний, дорогие болельщики, это чистая победа! Ву-у-у! — и он танцуя прошелся вокруг отверстия, махая руками. Питер смеялся.

— Обормоттер! — выкрикнул Пивз, как только смог восстановить равновесие в ловушке и увидеть лица своих «палачей». Каким-то удивительным образом ему удалось соединить в одном-единственном слове ненависть, непонимание и уважение.

— У нас есть к тебе дело, Пивз, очень нужное и важное. — Джеймс перестал дурачиться и уселся на пол, свесив ноги в «колодец», так, чтобы оказаться на одном уровне с игрушечной башкой Пивза.

Пивз от души послал его.

— Он мне нравится! — заявил Джеймс, взглянув на Сириуса.

Сириус сунул руки в карманы куртки.

— Слышал, ты? — крикнул он, подойдя к самому краю площадки с другой стороны от ловушки. — Сохатый сказал, что ты гандон. И я с ним согласен. Потому что твой потолок — это бросаться сушеным говном. Я сразу сказал, Сохатый, нечего рассчитывать на эту хреновину, когда речь идет о серьезных шалостях.

Пивз прислушался.

— Серьезных? — он хищно впился в Мародеров взглядом. — Это каких?

— Дело касается школьного сортира, Пивз. И мы...

Полтергейст расхохотался.

— Обормоттер решил взорвать туалет? Скучноо-о-о! — и он издал неприличный звук.

Сириус поддел носком ботинка один из фонариков и авоська Пивза ударила его какими-то чарами. Полтергейст зашипел.

— Да, Пивз, — голосом, полным безграничного терпения сказал Джеймс. — Ты прав, это слишком скучно. Поэтому мы взорвем все туалеты.