Но у двери все же не выдержал.

— Знаете... вы не очень-то хороший учитель, профессор Грей.

Валери едва заметно дрогнула, чуть повернула голову и взглянула на Ремуса.

Он коротко покивал своим мыслям.

— Совсем не умеете врать, — произнес он, зло рванул дверную ручку и вышел, с силой захлопнув за собой дверь. В кабинете повисла звенящая тишина.

Профессор Грей устало смежила веки и опустилась в свое кресло. Закрыла ладонью лоб, зачесала назад непослушные волосы, а потом шмыгнула носом и взяла в руки маленькие золотые очки доктора Джекилла, которые все это время лежали на её столе.

====== Подарок ======

Колокола в Хогвартсе никогда не звучали одинаково.

По утрам это были тяжелые удары, полные невыносимой земной тоски. Наверное, так били колокола на соборах в Средневековье, когда оглашали в городе вспышку бубонной чумы.

По вечерам замок оглашал веселый, малиновый перезвон. Казалось, ещё немного — и колокол слетит с башни к чертовой матери, таким он был веселым.

А по понедельникам, да ещё и перед обедом он звучал как сигнал к началу финальной битвы за свободу всего человечества. После него все двери дружно распахивались, и оголодавшие ученики неслись в Большой зал как слоны на водопой. Особенно старался седьмой курс, потому что в этом семестре обеду предшествовал сдвоенный курс изучения структуры Министерства.

А это верная смерть.

Как и попытка профессора Бинса задержать класс дольше положенного.

— Черт, если бы он продержал нас там ещё хотя бы три минуты, я бы начал жрать конспект или Сохатого, — пожаловался Сириус, когда Мародеры в шумном потоке спешили к лестнице.

— А собаки не едят человечину, — Джеймс на ходу обхватил его за шею.

— Оленину едят. И человечину когда-то ели.

— Тогда они были волками, — поправил Ремус. Он тоже шел под тяжелой лапой Сохатого, но с другой стороны. Питер семенил следом.

— Я всегда говорил, что мы родственники, Лунатик, — завидев впереди слизеринских девчонок, Сириус с душой шлепнул Роксану по заднице. Она вскинулась, Сириус послал ей воздушный чмок. Роксана показала ему средний палец.

— Надо на ней жениться, — решительно сказал Сириус, когда они их обогнали.

Мародеры загудели.

— Бродягу пора кормить, раз он собрался жениться, — со смехом заметил Джеймс, хлопая его по плечу. Они заржали, обогнали компанию вялых пуффендуйцев и в числе первых сбежали по лестнице вниз.

— Девчонки в колонии действительно танцуют голыми вокруг костра? — деловито спросил Сириус, когда они наконец добрались до стола и накинулись на еду.

Ремус опасливо оглянулся, не переставая жевать и пожал плечами — вроде как «да» сказал.

Сириус переглянулся с Джеймсом. Хвост покраснел.

— Там же, наверное... пиздец как холодно, — глубоко-сочувственным тоном протянул Джеймс. — Черт, я бы хотел взглянуть.

— Но они не были совсем голыми. Просто от танцев жарко, и они так... немного...

— Сиськи показывали?

— Ну... под конец... да, некоторые. Но это не то, это вроде как...часть их культуры, что ли. Животные ведь ничего не стесняются, в том числе и... — он засопел, увидев, как заблестели глаза друзей. — Наготы.

Ремус занялся обедом.

Мародеры снова переглянулись и уставились на него с одинаково—ехидным выражением лица.

— Ну а ты? — поинтересовался Сириус, откладывая вилку и скрещивая на груди руки.

Ремус поднял голову и подозрительно взглянул на их сияющие рожи.

— Что — я? — невнятно буркнул он.

— Да ладно, Лунатик, колись, тебе обломилось что-то в эту вашу Гранатовую ночь?

— Янтарную ночь.

— Один хрен, — нетерпеливо отмахнулся Джеймс.

Ремус с усмешкой покачал головой, втыкая вилку в картофелину.

— Да ладно тебе, Лунатик, — выпалил Сириус. — Школы нет, куча горячих цыпочек, которые виснут на тебе целыми днями...

Ремус украдкой поднял взгляд и посмотрел на учительский стол. Валери ела виноград и говорила о чем-то с мадам Стебль.

— ...а потом ещё и заставляют тебя танцевать с собой! Голые! Ну неужели ты так-таки никому из них не вставил?

Валери почувствовала его взгляд и Ремус поспешно отвернулся. Сразу вспомнилось, как она отшила его в субботу. Несправедливость и обида все ещё мучили его.

— Слушайте, какая разница? — немного раздраженно спросил он, перехватив взгляды друзей. — Мы теперь должны отчитываться, или что?

— Я так и знал, — Сириус выпрямился и довольно потер ладони. — Сохатый, гони золотишко.