Эдвард перебирал драгоценности, бережно откладывая самое ценное: бриллиантовые серьги, несколько цветных ожерелий, коллекцию жемчуга, часы из розового золота с драгоценными камнями, теннисный браслет с бриллиантами… У его матери было всё то, что того требовал статус жены адвоката.

Глаза рыскали и вместе с руками перебирали шкатулку в поисках главного.

— Где?.. Где они? — задавал вопрос себе, сворачивая украшения и передвигая вещи с места на место.

«Эдвард», — тихо позвал Карлайл. Юноша поднял голову. В протянутой бледной руке доктора лежали два кольца. Одно — отцовское — с позолоченной массивной каймой, а второе — материнское — тонкое и изящное с отблеском. Вопросительно взглянув на доктора, Эдвард шагнул к нему.

«Прости, Эдвард… Я побоялся, что, когда их тела увезут из больницы… кольца украдут. Знаю, ты, наверное, хотел бы, чтобы они были похоронены с твоими родителями, но я не мог так рисковать. Боялся, что мародёры заберут их, поэтому и решил, что кольцам самое место в твоих руках. Я не смог бы оставить их и надеюсь, что однажды они тебе понадобятся. Прости, сынок».

Взволнованно вздохнув, Эдвард забрал кольца у доктора и с еле слышным звоном положил их в коробочку.

Он оглядел комнату ещё раз, и его сознание приняло решение. Нет, он определённо не хочет возвращаться сюда. Лучше оставаться с молодым доктором.

— Ты правда не убиваешь людей? — поинтересовался Эдвард; лица убитых мелькнули в голове. Лишь от одного воспоминания рот наполнялся влагой.

— Правда, Эдвард. Никогда не убивал и не буду.

— А меня научишь? — тихо попросил он, разглядывая узор ковра под ногами.

— Не убивать людей? Конечно, — с улыбкой на губах ответил Карлайл. — Будет тяжело, Эдвард, но оно того стоит. Мы можем использовать свои способности и чувства во благо. Нам не обязательно быть монстрами, сынок. Ты вернёшь свою добродетель, обещаю.

Юноша вслушался в мысли доктора.

«Он сильный мальчик… Знаю, Эдвард справится. Во взгляде есть решимость. Будет сложно, но игра стоит свеч. Его ждёт великая жизнь, он воспользуется своим даром во благо людям и всё перенесёт, я уверен. В больнице я видел надежду, вернувшуюся в его решительный взгляд. Поэтому я и спас его».

Эдвард встретился глазами с Карлайлом и последний раз посмотрел на комнату родителей.

— Ты… веришь в меня? — тихо спросил он.

Кротко кивнув, Карлайл пристально посмотрел на юношу.

— Да, Эдвард. Верю. Верю в тебя, в себя и в будущее. Всегда верил.

Эдвард обдумал уверенный ответ доктора, и ему нестерпимо захотелось поверить. Ему невмоготу было бродить по земле в одиночку, уничтожая всё на своём пути, словно монстр.

— Тогда я пойду с тобой. И больше не буду убивать… Я хочу жить, Карлайл, жить по-настоящему. И если у меня нет иного выхода, то… — Он замолк, пожимая плечами, и окинул комнату в последний раз.

Карлайл забрал у юноши полный воспоминаний ранец и одобрительно кивнул.

— Ты сможешь, Эдвард, я знаю, ты сможешь. Сделаем это вместе, и ты больше никогда не будешь одинок. Я всегда верил, — повторил Карлайл, выходя из спальни. Эдвард слышал, как он удаляется в фойе и остаётся там ждать его.

Юноша ещё раз окинул взглядом комнату и направился следом за доктором.

— Задержи дыхание, пока мы не покинули дом, — тихо, но строго велел Карлайл.

Эдвард кивнул, и вместе они вышли в серость дня, в свою новую жизнь. Пока они шли по пустым улочкам к квартире Карлайла, Эдвард, морщась и дрожа от жажды, успокаивал себя одной-единственной мыслью.

У него есть второй шанс, и он сделает что угодно, чтобы оправдать ожидания.

Комментарий к Эдвард, 1918 год

*«Испанка» (испанский грипп) — самая массовая эпидемия гриппа за всю историю человечества (в период 1918-1919 гг. гриппом было заражено почти 30% населения планеты). Как ни странно, но большему риску заболевания были подвержены молодые люди 20-40 лет с крепким развитым иммунитетом. Иногда больные умирали на следующий день после заражения. Симптомами «испанки» являются: синеватый цвет лица, пневмония, кровавый кашель.

**Эпидемия испанского гриппа разразилась в последние месяцы Первой мировой войны (июль 1914 - ноябрь 1918). Согласно комментарию С. Майер, Эдвард Мэйсон мечтал присоединиться к армии.

========== Элис, 1920 год ==========

Комментарий к Элис, 1920 год

Дорогие дамы, от всей души поздравляю вас с праздником! Продолжайте цвести и радовать собой мир! (:

Коснувшись холодными губами щеки, он опустил тело на землю и, вытащив укол, нежно погладил по руке.

— Мэри Элис… прости меня, — пробормотал он, убирая с её глаз небрежно подстриженные в психиатрической больнице чёрные пряди. Кусать в шею нельзя — короткие волосы не скроют шрам. Неуверенно вздохнув, он поднёс хрупкое запястье к губам и прокусил мягкую кожу. Элис резко вдохнула, но морфий уже подействовал, и она не смогла пошевелиться.