— Проведем совещание, — пояснил командир батальона. — Получена новая инструкция «О служебной деятельности войск НКВД по охране тыла действующей Красной Армии».

Инструкция обобщала накопленный в войсках годовой опыт организации службы в различных видах боевой деятельности. Сергею документ, по-существу, впервые в полном объеме давал сведения о сложившейся системе охраны тыла, организационной структуре подразделений и частей НКВД, выполняющих такие задачи.

В инструкции отмечалось, что боевая служба войск организуется путем создания полос охраны тыла по две-три линии войскового заграждения в каждой. Передовая линия проходит, как правило, в десяти-двенадцати километрах от переднего края обороняющихся войск. Однако практика показывает, что часть выходцев из окружения, дезертиры и агентура противника нередко оседают в пределах тыловых границ полков и дивизий, остаются длительное время незамеченными. Поэтому теперь передовая линия полосы войскового охранения будет назначаться в шести-восьми километрах от передовых позиций.

Далее в документе отмечалось, что полосы охраны делятся на полковые участки протяженностью до ста километров и сорок-пятьдесят в глубину.

— Это полоса оперативного построения частей и соединений армии, — прокомментировал командир батальона.

Полковой участок, в свою очередь, подразделяется на батальонные районы, которые включают две-три линии войскового заграждения, на каждой из них служба организуется ротой. Протяженность батальонного района до тридцати километров, ротной линии — восемь-десять.

— Пока мы ничего подобного не имеем, — вновь отвлекся от чтения Потных, — но положение фронта в скором времени стабилизируется, тогда и сделаем, как того требует инструкция.

— Ну не всегда же мы будем обороняться, — пробасил Шторм, — должна же Красная Армия когда-нибудь перейти в наступление.

Майор неодобрительно посмотрел в сторону подчиненного.

— Не дано мне знать, когда начнется наступление, но то, что это будет в скором времени, можно не сомневаться. Во время наступательных операций полки охраны тыла будут решать двоякую задачу: часть подразделений выделяется для следования за передвигающимися вперед армиями, другая продолжает нести службу в полосе войск, ведущих оборонительные действия на флангах наступающих группировок. Подвижные подразделения войск НКВД будут строить боевые порядки в два эшелона. Первый эшелон, перекрывая основные направления, перемещается вслед за наступающими войсками, не отрываясь от них более чем на пять-шесть километров. Подразделения второго эшелона вслед за идущими вперед дивизиями Красной Армии заходят в населенные пункты, захватывают или уничтожают остаточные группы противника, не успевшие уйти с отступающими, арестовывают ставленников и пособников врага, восстанавливают работу местных органов власти, создают бригады содействия, а разведывательные отделения — агентуру; штабы берут на учет местное население, налаживают охрану важных объектов, организуют прочесывание лесных массивов, выполняют задачи местных органов НКВД и милиции до их воссоздания. Управлениями войск НКВД по охране тыла создаются, кроме того, оперативные группы, которые находятся в освобожденных населенных пунктах до полного восстановления работоспособных органов советской власти и правопорядка.

«Это нам известно», — подумалось Сергею.

Очень расплывчато в инструкции определялись задачи войск НКВД в период отхода фронтов. Сказано лишь, что при подходе противника части и подразделения по охране тыла переходят на другие рубежи, где вновь организуют службу войскового заграждения.

«Потный майор» от себя кратко дополнил инструкцию:

— Отходить только на указанные рубежи и лишь по моей команде. Если не будет особых указаний, службу осуществлять согласно новой инструкции. Но у нас дело до отходов не дойдет. В любой обстановке, — продолжил Потных после некоторого раздумья, — ведите активный поиск враждебного и преступного элемента, это главная наша задача.

Однако оптимистический прогноз командира батальона, что «дело до отходов не дойдет», не оправдался. Уже рано утром следующего дня Сергей по радиостанции получил приказ от майора о немедленном отводе роты на линию реки Айдар севернее Старобельска, а во время отхода создавать службу заграждения на выгодных промежуточных рубежах через каждые десять-двадцать километров движения.

Что такое «промежуточный рубеж», можно было только догадываться. О них не было сказано ни слова в новой инструкции. Но приказ есть приказ, остальное решать самому.

Отходить можно по-разному. Чтобы не сосредоточиваться роте в одном месте и не давать повода для налетов авиации противника, Бодров приказал подразделениям совершать движение линией взводных колонн с интервалами до километра, а по маршруту следования — по балкам, оврагам, лесным полосам — вести разведку и поиск враждебного и преступного элемента. Всех задержанных направлять к командиру роты после остановки на новом рубеже.

Не успели взводы начать отход, как на дороге показались колонны войск, идущие в тыл. На большой скорости, в сплошной пылевой завесе шли десятки автомашин с бойцами. Сергей с отделением пулеметчиков стоял на обочине рядом со щитом: «КПП войск НКВД», на который никто не обращал внимания. Остановилась лишь одна штабная полуторка с майором в кабине, какая-то неисправность возникла в машине. Он и поведал командиру роты о сложившейся обстановке на фронте. Из его слов выходило, что немецко-фашистское командование силами групп армий «А» и «Б» намеревается окружить и уничтожить войска Юго-Западного и Южного фронтов. В этой связи Ставка Верховного Главнокомандования приказала вывести войска фронта из-под удара и отойти организованно на рубеж Дежниково. Красный Луч севернее Ворошиловграда, это километров семьдесят отсюда.

— Я не знаю ваших задач, — сказал в заключение майор, — но советую, старший лейтенант, поторопиться с отходом. Скоро тут будет жарко, немцы быстро разберутся в обстановке.

— Товарищ майор, — обратился Сергей к штабному командиру.

— Войска идут монолитной колонной. Это же хорошая мишень для бомбардировщиков.

— Пока немцы сообразят, что к чему, мы уже будем на новом рубеже. На это и рассчитываем.

К вечеру рота Бодрова вышла на выбранный командиром промежуточный рубеж. Это была степная речушка, узкая и мелкая. Так себе препятствие. Если хорошо разбежаться, перепрыгнуть можно. Но все-таки водная преграда: на автомашине и танке с ходу не преодолеешь. В пойме тихо, прохладно, влажный воздух. Высоко над водной гладью бесшумно носятся стрижи. Вьется мошка.

Неожиданными оказались результаты незапланированных проверок в пути следования мест возможного укрытия враждебного и преступного элемента. Ординарец поливал водой из ведра на спину командира, когда от взводов под конвоем стали прибывать задержанные. Кого тут только не было: мужчины и женщины, старики и дети. А из первого взвода доставили трех диверсантов с радиостанциями, вещевыми мешками с продуктами и боеприпасами. Один из них оказался молдаванином, а два других латышами. Среди задержанных были пять красноармейцев, шесть заключенных, бежавших из лагерей, трое молодых людей без документов, которые ничего путного не могли сказать о причине нахождения в овраге.