"Я совершенно не радъ теб и что-нибудь съ тобой сдлаю", заявилъ Роландсенъ.

"А что же именно?" спросилъ старикъ и взглянулъ на сына съ нкоторымъ опасеніемъ.

"Само собой разумется, я тебя задушу. Что ты на этотъ счетъ думаешь?".

"А мы пріхали съ порученіями, которыя далъ намъ къ теб самъ Моккъ".

"Ну, разумется, Моккъ самъ далъ вамъ порученіе. Я знаю, что ему надо".

Тогда молодой парень тоже вмшался въ разговоръ и заявилъ, что Борре требуетъ свою лодку и удочку.

Роландсенъ воскликнулъ съ горечью: "Вотъ какъ? Да что онъ, съ ума что ли сошелъ? А я то что же стану длать? Я живу на пустомъ остров, мн нужна же будетъ лодка, когда я ршусь вернуться къ людямъ, а удочкой я долженъ ловитъ рыбу, чтобы не умереть съ голоду. Передайте ему мой поклонъ".

"А кром того новый телеграфистъ веллъ вамъ передать, что на ваше имя пришли и ждутъ важные телеграммы."

Роландсенъ такъ и подскочилъ. Какъ! Уже?! — Онъ сталъ разспрашивать обо всемъ, получилъ отвты и ужъ больше не отказывался хать съ ними. Парень гребъ въ лодк Борре, а Роландсенъ похалъ со старикомъ.

На носу стояла корзина для провизіи; въ Роландсен проснулась надежда, нтъ ли тамъ чего нибудь състного. Онъ хотлъ спросить:- Есть у тебя да съ собою? — Но изъ сильнаго самолюбія удержался и болтовней старался заглушить въ себ голодъ.

"Какъ Моккь узналъ, что я здсь?"

"Объ этомъ заговорили въ округ. Одинъ мужчина съ женой видли васъ здсь разъ ночью; вы ихъ страшно напугали".

"Да чего имъ было здсь нужно!.. Ты подумай: я нашелъ у острова новое мсто для рыбной ловли, и вотъ мн приходится узжать отсюда."

"А сколько же вы хотли прожить тамъ?".

"А что теб?", возразилъ коротко Роландсенъ.

Его тянуло къ корзин, онъ чуть не изнемогалъ изъ-за своей гордости; однако, онъ сказалъ: "Какая у тебя отвратительная корзина. Едва ли въ ней можно хранить что-нибудь нужное. Что въ ней такое?".

"Если бы у меня было столько мяса, и сала, и масла, и сыра, сколько перебывало въ этой корзин, мн бы хватило этого на многіе и многіе годы", отвчалъ старикь.

Роландсенъ харкнулъ и сплюнулъ въ море.

"Когда пришли телеграммы?", спросилъ онъ.

"Да ужъ давненько"

На полъ-дорог лодки съхались: отецъ и сынъ хотли закусить изъ своей корзины. Роландсенъ озирался во вс стороны. Старикъ сказалъ:

"У насъ тутъ кое-какая да, не хотите ли?" И онъ протянулъ корзину Роландсену.

Тотъ отстранилъ ее рукою и отвтилъ: "Я лъ всего съ полчаса назадъ и притомъ полъ всего, необходимаго для человка. Впрочемъ ты едва ли имешь хоть нкоторое понятіе, до чего аппетитный видъ иметъ эта поджаристая булочка. Нтъ, спасибо; я только посмотрю, только понюхаю!" И Роландсенъ продолжалъ болтать и посматривать на вс стороны: "Да, да, мы-таки въ довольств живемъ тутъ на свер. Я убжденъ, что у каждаго найдется мясной окорочекь въ запас. Да и сальца вволю. Но въ этой жизни есть что-то животное!" Роландсенъ принялъ мрачный видъ и сказалъ: "Ты спросилъ, сколько я разсчитывалъ там остаться? Конечно, я остался бы тамъ до жатвы и посмотрлъ бы на паденіе звздъ. Я большой любитель явленій природы и мн нравится, когда цлый міръ разбивается на кусочки."

"Да, это что-то такое, чего мн не понялъ."

"Цлый міръ. Когда одна звзда вышибаетъ другую звзду съ ея пути и сбрасываетъ ее въ пространство." Они все еще продолжали свой завтракъ.

"Вы дите совсмъ, какъ свиньи; право", сказалъ наконецъ, Роландсенъ, "и какъ это помщается въ вашихъ чревахъ вся эта пища!"

"Ну, вотъ мы и кончили!" сказалъ старикъ добродушно.

Лодки разъхались, и люди снова взялись за весла. Роландсенъ улегся на дн лодки, чтобы заснуть.

Они пріхали посл полудня, и Роландсенъ прямо отправился на станцію за телеграммами. Это были прекрасныя новости относительно его открытія. Новое предложеніе патента изъ Гамбурга и еще боле выгодное предложеніе изъ другого торговаго дома черезъ контору. Но Роландсенъ былъ такой странный чудакъ, что бжалъ въ лсъ и долго сидлъ тамъ одинъ прежде, чмъ добыть себ что-нибудь пость. Восторгъ сдлалъ его мальчишкой, ребенкомъ съ безпомощными руками.

Онъ направился къ контор Мокка и вошелъ туда съ видомъ человка, возстановившаго свое доброе имя, съ видомъ льва. Его видъ, наврно, теперь поразитъ семейство Моккъ въ самое сердце; Элиза поздравитъ его, можетъ быть, а чистосердечная дружба такъ нужна была ему теперь!

Онъ былъ разочарованъ. Онъ засталъ Элизу передъ фабрикой въ бесд съ братомъ; она такъ мало обратила вниманія, что едва отвтила на его поклонъ. И оба продолжали свой разговоръ. Роландсенъ не остановился и ничего не спросилъ о старомъ Мокк, а прямо прошелъ наверхъ въ контору и получалъ въ дверь. Она была заперта. Онъ снова спустился внизъ и сказалъ: "Вашъ отецъ посылалъ за мной, гд я могу его видть?"

Оба они не торопились отвчать ему, а сперва покончили свою бесду, и затмъ только Фридрихъ сказалъ: "Отецъ тамъ наверху у шлюзовъ".

— Они могли бы сказать мн это раньше, какъ только я пришелъ — подумалъ Роландсенъ. Оба были полны равнодушія къ нему; они допустили, чтобы онъ напрасно пошелъ въ контору, и не предупредили его.

"Нельзя ли послать за нимъ?" спросилъ Роландсенъ.

Фридрихъ медленно отвтилъ: "Если отецъ ушелъ къ шлюзамъ, то это значитъ, что ему нужно тамъ быть."