— Ты что, следил за мной? — прошипела вампирша.

Клаус спокойно отрезал кусок отменного стейка и положил его себе в рот, тщательно пережевывая. Его совсем не смутила ее злость.

— Я присматривал за тобой, милая, — он отпил крови, — в свете последних событий я считаю это простой необходимостью.

— Ты присматривал за мной, — вскипела она, — и поэтому твои миньоны подслушивали мои разговоры. Что еще они докладывают тебе? Что я ела на обед?

— Если надо будет, доложат и об этом, — плоско ответил он.

— Я не одна из твоих подручных, Клаус, — Кэролайн яростно смотрела ему в глаза и начала отодвигать стул, чтобы встать.

— Верно, ты моя девушка, — четко проговорил он. Он был спокоен как удав, а она завелась с пол-оборота, — и я забочусь о твоей безопасности. Так что этот вопрос не обсуждается.

— Нет, — Кэролайн встала из-за стола и теперь нависала над ним, — он обсуждается. Может быть, запрешь меня в твоем подземелье и не будешь выпускать? Для моей безопасности, — насмешливо поддела она.

Его ладонь хлопком опустилась на стол, и Кэролайн на секунду вздрогнула.

— Если это будет необходимо, — прошипел он.

— Знаешь, я не собиралась ехать туда в скором времени, но, пожалуй, поеду в Мистик Фоллс прямо завтра, — она развернулась и начала идти к двери.

— И зачем же, дорогая? Соскучилась по щенку Сальваторе? — громко крикнул он ей вслед.

Ну что за идиот, подумала девушка и круто развернулась.

— Нет. Если хочешь знать, я поеду туда потому, что мне нужно сделать перерыв от постоянных вздрагиваний, когда я подхожу ко входной двери!

Вот оно. Он знал, что они подойдут к этому моменту. По его мнению, она слишком спокойно отреагировала на гранаты, на то, что чуть не подорвалась на них. Он все ждал, когда эта тема всплывет, и вот спустя две недели она выплеснула все это.

— А ты не вздрагивай, — с нажимом ответил Клаус, — я же сказал, что все решу!

— Знаешь, это как-то не особо успокаивает, — вскрикнула она. — Сложно вести себя спокойно, когда заходишь в собственный дом и мысленно ищешь леску, перетянутую поперек коридора! И хватит приписывать к нашим разговорам Стефана каждый раз! И хватит следить за мной! Показывай свою манию контроля с кем-нибудь другим, понятно?

Он в мгновение ока оказался перед ней, нависая. Кэролайн вскинула голову, смотря на него горящими глазами.

— Я бы ни за что не вернулся сюда из дома Элайджи, если бы существовала хоть малейшая возможность повторения того, что было две недели назад, — он повышал на нее голос, чего совсем не хотел делать. Но, кажется, у нее начиналась легкая истерика, и он не знал, как еще успокоить ее. Привести ее в чувство. — И если не хочешь, чтобы я приписывал Стефана к нашему разговору, нечего, разговаривая с ним, прятаться от меня по всему Французскому кварталу, а то у меня начинают возникать нехорошие мысли, дорогая.

— Ты придурок, — выплюнула она, прекрасно понимая, что он намеренно намекнул на то, что она переспала со Стефаном, когда отключила чувства. — Завтра я еду повидать друзей и Стефана!

— О, — он засмеялся. — Это что-то новенькое. Так ты меня еще не называла, милая!

Она закатила глаза и повернулась, чтобы выйти из столовой во двор. И она ясно давала понять, что не хочет, чтобы он шел за ней.

— С меня хватит этого тупого разговора, который ни к чему не приведет.

Кэролайн не успела выйти из столовой, как вдруг обнаружила, что ее запястье заключено в его мертвую хватку. Клаус резко повернул ее лицом к себе.

— Ну уж нет, я не закончил этот тупой разговор.

Она дернула запястье к себе, но он и не думал отпускать.

— Отпусти мою руку, Клаус, — крикнула она.

— Из нас двоих я думал, что я всегда буду уходить от проблем, Кэролайн, — сердито крикнул гибрид, — а ты в этот момент будешь хотеть выяснять отношения. Но кажется, в нашей паре все наоборот, да? Ты злишься из-за гранаты, я понял. Так скажи мне это. Выскажи мне претензии в лицо, Кэролайн. С этим у тебя никогда не было проблем.

Он сделал паузу, ожидая ее ответ, но ответа не было. Она просто смотрела на него с раздражением и пыталась высвободить свое запястье снова и снова.

— Нечего действовать как праведник, Майклсон, — вдруг зарычала она. — Кажется, это ты был тем, кто игнорировал меня неделями из-за своих глупых предрассудков, — она шагнула вперед и придвинулась к нему так, что между ними оставалось всего несколько сантиметров, — и ты предъявляешь мне, что я хожу сама себе на уме? Что же ты тогда не подошел ко мне и не сказал мне все в лицо?