Ее слова больно ударили в сердце, и он ошарашенно смотрел на нее. Ну почему она такая упрямая? Клаус сжал челюсти. И почему она выглядит настолько сексуальной, когда кричит на него? Почему она такая…

Она с силой дернула запястье и на этот раз у нее получилось освободить руку. Он тут же опять притянул ее к себе, но на этот раз взял ее за предплечье. Она встрепенулась в запале. Кэролайн всегда была той, кто заводился с пол-оборота, и в этом они с ней были похожи. Он был эмоциональным, и она. Это делало их взрывоопасной смесью.

— Отпусти меня чертов, древний, приду…

Без предупреждения его губы были прижаты к ее, и она не стала отбиваться. Вместо этого вампирша ответила на поцелуй с равной, если не большей, ноткой страсти, желания и гнева. Движения их губ были беспорядочными и рваными, но никто из них тем не менее и не думал останавливаться.

Клаус ослабил хватку на ее предплечье и опустил свою руку на ее талию, прижимая ее крепко к себе. Ни на секунду не отрываясь от ее губ, он начал толкать ее к стене напротив них. Кэролайн начала пятиться назад, и их ноги двигались в унисон.

Их губы расстались на короткое мгновение. Оба смотрели друг на друга, часто дыша.

Голубые глаза смотрели на его пухлые губы, жаждая, чтобы они находились сейчас в другом месте.

— И зачем я с тобой связалась? Я ненавижу тебя, — прошипела она.

Тут же на вампирской скорости он толкнул ее к стене, фиксируя на месте с помощью своих бедер.

— Скажи мне что-то, чего я еще не слышал, — его теплое дыхание обволокло ее лицо, прежде чем он снова захватил ее губы в плен своих.

Кэролайн поймала его язык и пробубнила что-то непонятное. Она лихорадочно обняла его, обрушивая на него и его губы новую атаку своих.

Кэролайн чувствовала, как его промежность шлифуется по ее бедру, и она с точностью могла сказать, что у Клауса была что ни на есть очевидная эрекция. Как будто она далеко ушла от него.

Руки гибрида скользнули от ее талии к нижней части спины, а затем опустились на ее задницу, хватая ее и сильно сжимая ее. Она сдавленно застонала ему в губы, чувствуя, как он углубляет поцелуй, буквально ставя на ней тавро своего владения. В последний раз они так набрасывались друг на друга семь лет назад в лесу в Мистик Фоллс. Тогда он буквально снес ее, как лавина, и сейчас было то же самое. Он подчинял, и она была совсем не против этого.

Его пальцы скользнули по ее бедру, нащупывая молнию в верхней части юбки. Клаус оторвался от ее губ и поцеловал то место под ухом, которое, он знал, было ее эрогенной зоной. Кэролайн не осталась в долгу, и ее губы прижались к его шее в ответном жесте. Она посасывала кожу, желая услышать его стон и оставить там засос, который пройдет уже через пять минут.

Ее юбка была расстегнута в считанные секунды, пальцы скользнули между тканью и ее гладкой кремовой кожей. Одним быстрым движением он стянул ее юбку, позволяя ей упасть к ее ногам. Его рот вернулся к ее, а руки тем временем начали искать пуговицы на блузке. Не найдя никаких пуговиц, одним быстрым движением Клаус просто разорвал вещь надвое.

Он одновременно был грубым и нежным. Она не могла точно описать это ощущение. Что-то среднее между «Я хочу жестко трахнуть тебя на каждой поверхности этой комнаты» и «Ты ведь не против этого? Я не хочу причинять тебе боль».

Его руки потянулись к собственным джинсам, отчаянно стремясь освободить из заточения свою эрекцию, которой становилось там тесно. Кэролайн, как в тумане, услышала звук расстегнутого ремня и скрип молнии на ширинке.

Она схватила его щеки и прижалась к губам, сильно укусив. В рот брызнула кровь, и вампирша почувствовала вкус металла, но боже, он пах как небеса. Сегодня Клаус побрызгался ее любимым одеколоном. Это странно, но среди шквала ругани и криков она была так уязвима перед ним, и вперемешку с повышенным раздражением его одеколон невероятно возбудил ее.

Клаус провел рукой по ее кремовым трусикам, упиваясь ощущением кружева под рукой и тем, как они облегали ее идеальную, круглую попку. Он сдавленно зарычал и снова сжал ее задницу. Он был ревнивым собственником, и, черт возьми, она была его и ничья больше.

Когда его пальцы прикоснулись к нижней части бедер, Кэролайн чуть подпрыгнула и обернула ноги вокруг его талии. Он сильнее прижал ее к стене, положив руки под ее бедра.

В этот самый момент в столовую зашла Джейн. Увидев перед собой эту картину, горничная покраснела и, сдавленно пропыхтев: «Простите, я не хотела отвлекать», поспешила ретироваться, плотно закрывая за собой дверь.

Пара даже не обратила на нее внимания. Воздух между ними был тяжелый и наполненный какой-то дикостью и сексом. Они даже не подумали остановиться. Страх и раздражение Кэролайн, злость и ревность Клауса объединились в половое влечение, и оба знали, насколько им это необходимо и насколько они хотели этого.

Клаус отстранился и прижался губами к ее груди, посасывая чуть выше соска, но не на нем. Она в отчаянии зарычала, но ничего не могла поделать. Клаус толкнул ее трусики в сторону и одним быстрым движением он проскользнул в нее и заполнил ее до краев. Резкий всплеск удовольствия заставил его остановиться и, закрыв глаза, опустить голову вперед и смиренно застонать в ее грудь что-то бессвязное.