– Меня зовут Локи, – его голос прозвучал в этом вязком воздухе глухо, рассекая его, словно нож – мягкое масло. – И я требую ответов на свои вопросы.

Испуганная женщина попыталась отпрянуть, но стальные пальцы стиснули ее плечо, заставив вскрикнуть больше от неожиданности, чем от боли.

– И я не повторяю дважды. Отвечай! – он сделал шаг и встал совсем вплотную, наклонившись к ней.

– Они у меня в телефоне, я скачала их туда и читала с экрана. Я ничего не поняла… – голос женщины дрожал от сбивающегося дыхания. Она пыталась отвести взгляд от гипнотизирующих ее зеленых глаз, но силы воли на это явно не хватало.

– Твое счастье. Дай его сюда, – он забрал маленькую черную коробочку, которую Саша вытащила из заднего кармана джинсов, и спрятал где-то в недрах своего облачения. – Так зачем тебе понадобились документы?

– Я подумала, что, раз немцы активно интересовались этой скалой, то по-любому «Анненербе» занималось этим вопросом. У Старка большие связи, и я решила, что эти архивы могли бы дать дополнительную подсказку, ключ к дешифровке… – она тщательно подбирала слова, стараясь, чтобы он не разозлился еще больше. Саше никогда в жизни не было так страшно. Происходящее казалось дурным сном. Да, сном! Сейчас она проснется и все будет как прежде, она спустится вниз, и будет слушать разнообразные подколки Хведрунга…

– Ты не спишь. Зачем еще тебе понадобились эти документы? Какое отношение твоя родня имеет ко всему этому? – глаза продолжали гипнотизировать Сашу, не давая возможности соврать или уйти от ответа, и та заговорила:

– Это семейная легенда. Мой прадедушка ушел на фронт добровольцем из Ленинграда, еще до начала Блокады. Служил в саперной роте. Закончил он войну в районе Кенигсберга. Они наткнулись на какой-то бункер, вкруг заминированный, но не взорванный. Немцы просто не успели его взорвать. Начали его очищать от заложенной взрывчатки и нашли там кучу документов на непонятном языке. Прадедушка неплохо знал немецкий и говорил, что этот язык на него не похож. А потом пришли СМЕРШевцы и забрали все документы. Я из детства помню, как он рисовал мне символы на бумаге и говорил, что это волшебный язык… Когда я приехала сюда и внимательно взглянула на руны, у меня в голове само собой всплыло это воспоминание, и я решила несколько злоупотребить служебным положением… – Саша умоляюще посмотрела на держащего ее мужчину. – Хведрунг…

– Меня зовут Локи! – казалось, его голос эхом разнесся по комнате. – Ты говорила, что дорого бы дала за то, чтобы пообщаться с богами? Можешь придумывать цену!

Он расхохотался, и от звука этого смеха Сашу затрясло еще больше.

– Что такое «СМЕРшевцы»? – он опустил голову и снова уперся взглядом в женщину.

– Русская военная контрразведка. Прадед говорил, что они забрали все документы, и больше никто ничего о них не знал. Отпустите меня, пожалуйста… – Саша попыталась сделать шаг назад, но была остановлена держащей ее стальной рукой.

– С чего вдруг ты перешла на «вы»? – Локи усмехнулся, проводя взглядом линию до двери.- Испугалась? Можешь не отвечать, знаю, что испугалась. Только бояться тебе надо не меня. Во всяком случае, пока…

Он резко притянул Сашу к себе и больно впился ей в губы, не оставляя возможности не то что вырваться, а даже вздохнуть. Входная дверь резко распахнулась и впечаталась в стену. На пороге стоял разъяренный Донар, при виде которого Саше захотелось притвориться невидимкой и исчезнуть.

– Что ты сделал? – он произнес эту фразу, четко разделяя каждое слово, словно кидая огромные валуны, и эхо от их падения разносилось по земле, как сейчас оно разнеслось по комнате.

– Поцеловал эту женщину, если ты не заметил за вышибанием двери,- Локи отстранился от замершей Саши и с издевкой воззрился на Тора. – Заметь, я тебе не мешаю. Так что будь так добр, верни все на место и оставь нас.

– Нам нужно поговорить, – вошедший сделал шаг назад, берясь за ручку двери.

– Позже, – Локи кивнул, продолжая улыбаться.

Дверь закрылась, и Саша снова оказалась наедине с мужчиной, еще десять минут назад выглядевшим, как ее псевдоначальник и напарник, а сейчас… Он был похож на кого угодно, но только не на мифолога и ученого. Он медленно повернулся к ней, стирая улыбку с лица, и проговорил тихим, свистящим шепотом:

– А нам предстоит о многом поговорить…

====== 16. Сила слова. ======

Январь 1943 года. Расположение сил 39 армии под Смоленском.

Раздававшийся вдалеке грохот удаляющегося боя уже не раздражал ничьих нервов и не нагонял страха. Людям, сидящим в окопах и траншеях, было уже все равно. Они пережили атаку четыре часа назад и сейчас осознавали, что остались живы, хоть и нет больше рядом соседа по окопу. То тут, то там сновали бойцы медсанбата, на месте приводя в порядок легко раненых и забирая тяжелых. И оставляя сидеть или лежать на земле тех, кому не суждено было вернуться из этого боя.

Саперный батальон стоял поодаль, чуть в тылу у основных сил, участвовавших в этой драке. Его тоже изрядно потрепало. Когда идет атака, вокруг свистят пули и земля рвется от попадающего в нее металла, никто не будет разбираться, из какого ты батальона и идти ли тебе в этот бой. Воюют все, вне зависимости от званий, регалий, возраста.

У жарко горящего костра грелись уцелевшие солдаты, разливая по кружкам кипяток из погнутого, покрытого сажей котелка. Начинался снегопад, и всем очень хотелось в землянки, хоть под какую-то крышу. Да только какие землянки через четыре часа после боя?..