– Легко отделались, - улыбнулся Рамфоринх.

– Да, легко.

– Но я за вас отомстил.

Лицо Рамфоринха вновь озарила улыбка, когда он увидел растерянность на лице собеседника.

– Опыты на крысах. Вы не знали? Мы тоже изводили пленных. Секрет, конечно. Большой военный секрет. Но они считают меня безумным, потому я буду говорить то, что думаю.

На плечо Кейтелле неожиданно легла ладонь Айномеринхена и легонько тряхнула. Это помогло избавиться от оцепенения.

– Я думал, ты пришел сюда отвлечься от своих кошмаров, а не погрузиться в чужие, - тихо процедил он сквозь зубы.

– Тяжело идти по списку. Тяжело задавать подготовленные вопросы. Когда перед тобой человек.

– Ты способен сделать проблему из любой ерунды…

Договорить Айномеринхену не дало глухое предупредительное рычание:

– Вы пришли ко мне, уважаемый, - громко сказал Аллидеррио, обращаясь к Кейтелле.
– Так будьте добры говорить со мной!

Казалось, он сейчас взорвется, выпрыгнет из кровати, и острые когти располосуют чью-то неосторожную рожу. Сердце Кеталиниро с грохотом упало куда-то под желудок, но где-то там же трепыхнулась слабая надежда.

– Не нервируйте его, - Кейтелле подскочил и жестом предложил наблюдателям покинуть помещение. Айномеринхен вытолкнул замявшегося у двери медбрата и поспешно вышел сам. В палате остались двое. Кейтелле затравленно оглянулся на пациента - тот безумно сверкнул глазами. Он уже вылез наполовину из кровати, но так и замер на полдороге. Теперь Рамфоринх хищно улыбался, его белеющие волосы словно расползались по плечам и спине, пускали корни в больничный халат. Он напоминал колдуна из сказки.

Как бы Кеталиниро ни хотелось выпроводить свидетелей, сейчас он понял, как опрометчиво было решение остаться наедине с пациентом психиатрической лечебницы. Но Аллидеррио предложил занять прежние места и продолжить беседу.

– Ведь так заметно лучше, - сказал он, и Кеталиниро нехотя пришлось согласиться. Действительно лучше. Но какой толк от ненормального?

– Тут, знаете ли, поговорить совершенно не с кем, - продолжал Рамфоринх ровным голосом.

Быть может, лучше найти другого гостя из Катри? Пусть это сложнейшая из задач…

– В наши дни в медицинских академиях не преподают иностранные языки. Большая часть старой школы разбежалась по министерствам - вот как ваш друг - а молодняк и двух слов не вяжет. Зато “Здравствуйте!” я слышу по сто раз в день. Надоедает до тошноты.

Кейтелле честно вслушивался, но внимание то и дело разбредалось по отдаленным уголкам мозга: отдать письмо Рамфоринху значило бы подписать себе приговор - стоит конверту всплыть в пределах государства… Где-то глубоко под черепной коробкой на извилины давила мысль:

“Тебе никогда не хватало смелости… тебе никогда не хватало смелости… тебе никогда не хватало смелости…”

На что?

“…думать и действовать самому”.

– Так вы хотели что-то сказать, господин из министерства?
– с кривой усмешкой произнес Рамфоринх.

Кейтелле решительно дернулся:

– Могу я просить вас об услуге?

Рамфоринх замер, один его глаз странно увеличился, словно он не поверил ушам.

– Все что угодно, - произнес он, подобравшись.
– В обмен на ответную услугу.

Дождавшись изумления на лице Кейтелле, Аллидеррио спокойно продолжил.

– Я ищу кое-кого. Любые сведения… родственники, город, адрес… может быть, номер могильного камня. Слышал, у вас развитая поисковая система, хотел написать, но… доехать оказалось проще.

– Постараюсь помочь, чем смогу. Но если я найду его, то как сообщить вам?

– Через несколько месяцев я постараюсь вернуться на повторное обследование. Симптомы позволяют.

– Хорошо… - от возбуждения у Кеталиниро на голове зашевелились волосы.
– Скажите его имя.

– Вот в этом и проблема, - Рамфоринх забрался глубже на кровать и вновь спрятался под одеяло.
– Имени не знаю, только кличку, которой его наградили в лагере. Ну и… номер.

Кейтелле достал из кармана блокнот, при этом бланк с анкетой чуть не соскользнул с колена.

– В последний раз его звали Кириа.

– Так все же вы… - не удержался Кейтелле, - сидели в одном лагере?

– Ну как сказать, - Рамфоринх странно засмеялся.
– Он сидел. Я - работал. Или наоборот - это как посмотреть.

Внутри отекшего мозга палила артиллерия, кричали раненые - реальность отступала под натиском забытого. Сражение вспыхнуло не только что - вялотекущие бои не оставляли поля битвы уже много лет, и Кеталиниро постоянно приходилось концентрироваться, сдерживать воспоминания кирпичной стеной.