— Ты дурак, — прошептала я, потянувшись, чтобы разгладить его брови.

— Дурак из-за тебя.

— И слащавый.

— Для тебя.

— Так что? Ты будешь действовать глупо каждый раз, когда мы будем расставаться, лишь для того, чтобы я простила тебя? Это кажется утомительным, — сказала я, перекатываясь на спину.

— Мы должны быть вместе, чтобы расстаться, чтобы ты потом могла простить меня, — проговорил он. — Так что это должно означать, что ты прощаешь меня сейчас, не так ли?

Я закрыла лицо руками.

— Почему мне кажется, что для тебя это шутка?

— Я знаю, что это не долбанная шутка, Белла, но какого черта я должен делать? Я… Я борюсь за наши отношения. Давай просто будем двигаться дальше. Пожалуйста. Прости. Я буду вести себя лучше.

Мое сердце скрутило, главным образом, из-за того, что он так сильно старается.

— Ты понимаешь, почему я была расстроена? Действительно?

— Потому что Розали поцеловала меня на балу.

— До этого. Ну же.

— Ты чувствовала, будто я тебя игнорирую.

— Я чувствовала, что мы были уже не парой, а больше похожи на…

— Корабли, проходящие мимо в ночи?

Это было то, что я чувствовала, но образы казались настолько смешными, фраза такой… Я не знаю… старой… что заставила меня хихикать.

— Да? — спросил он, ухмыляясь и опираясь на локоть. Его прическа превратилась в беспорядок.

— В некотором роде, — признала я. — С одной стороны, я чувствую, что у каждой пары должно быть время. Особенно если они в месте уже давно. Как мы. — Я сглотнула, веселье пропало, другие, более удручающие мысли, пришли на ум. — Но если я ною и заставляю тебя делать то, чего ты не хочешь, то это несправедливо. Я хочу… чтобы ты занимался музыкой и своими любимыми делами. Но я устала все время быть второй, черт возьми.

— Наверно, я просто не понимаю, почему это должно быть ультиматумом, — проворчал он. — Разве это сложно — поддерживать меня? Знаю, что это требует много времени…

— Я поддерживала тебя! — ответила я. — Черт возьми! Я всегда поддерживала тебя. И это даже не так. И я не говорю, что все это из-за тебя. Я просто… мы не точно такие же люди, какими были всегда, Эдвард. Я не говорю, что это плохо, просто думаю, что если получится, то мы должны обращать больше внимания друг на друга. Скучал ли ты по мне, если бы меня никогда не было рядом?

— Я скучаю по тебя. Тебя не было рядом несколько недель.

— Значит…

— Значит, да.

— Я просто… скучала по тебе. Когда ты выбирал группу вместо свиданий и когда репетиции заканчивались поздно, и всегда, когда я видела тебя, вокруг было миллион людей.

Он медленно приближался, и мой живот напрягся, как делал всегда, когда я знала, что он собирается меня поцеловать. Мы смотрели друг на друга в течение длительного времени.

— Я вижу это, — в конце концов, согласился он, кивая. — Наверно… Я просто не думал, что это поможет нам или сломает нас. Я думал, что это было… не знаю. Временным?

— Ну, может быть… — Я сомневалась относительно этого. Мы только что начали последний год обучений, и, если на то пошло, все будет казаться лишь более сумасшедшим с дополнительным стрессом к заявке в колледж и SAT (прим. пер.: «Scholastic Aptitude Test» и «Scholastic Assessment Test», дословно «Школьный Оценочный Тест»).

Его большой палец коснулся моих губ, и потом он заменил его своими губами. Это было нежно и чуть заметно, но заставило меня чувствовать жар и холод одновременно.

— Ты моя вторая половинка, — сказал он. — Эммет думает, что я сошел с ума из-за этого… но я считаю, что это ты. Это всегда была ты. Я чувствую, что мы счастливчики, потому что мы всегда это знали. Ты знала?

Я кивнула, сглатывая слезы.

— Ты так думаешь? — спросил он.

Я опять кивнула.

— Да. Я хочу в это верить.

— Тогда давай просто верить. — Он снова поцеловал меня, дольше, слегка приоткрыв рот. — Мне жаль, что ты почувствовала себя на втором месте. Ты не была на нем. Никогда.

— Я верю, что ты считаешь так, — сказала я, прикасаясь к его волосам. — Но не тогда, когда что-то другое встает на нашем пути.

— Этого не будет, — пообещал он. — Просто… будь со мной.

— Ты тоже будь со мной.

Кивнув, он целовал меня снова, снова и снова, пока не оказался на мне, наши ноги переплелись. Это было такое облегчение — снова быть вместе таким образом. Потеря Эдварда пугала, и мне не хотелось к этому возвращаться. Тем не менее, я не могла не задаться вопросом, будет ли он в состоянии держать свое слово, когда мы покинем его комнату.

Когда дождь прекратится и наступит утро.

Когда родители разлучат нас, и друзья потребуют внимания, и школа, и все остальное.