самого начала, как думаешь? Кто был у тебя первым? Ну-ка

расскажи мне новую ложь.

Воздуха перестало хватать, и я издала стон отчаяния, хватаясь

за голову. Вокруг одни предатели, с каждым разом мои могилки

пополняются, а душа ускользает.

Бежать! Я только успела сделать шаг, а может, и два, как

Гарри перехватил меня, схватив за плечи, причиняя боль. Но я не

ощущала физическую сторону этого прикосновения, его

мрачность убивала меня быстрее.

— Говори! — зарычал он, мне в лицо, а я зажмурилась. —

Отвечай! Кто первым трахнул тебя? И что случилось дальше! Я

жду!

Кроме страха внутри забурлило другое чувство — злость, и

она придала сил.

— Ты, — процедила я, положив руки на его грудь, и упёрлась

в неё. — Ты трахнул меня в ночь моего шестнадцатилетия, а когда

кончил, тебя вырвало прямо на меня, и ты заснул! Доволен?

Мне удалось оттолкнуть его и облокотиться о стул, потому

что ноги от этого признания дрогнули, возвращая в воспоминания.

***

Наревевшись до тех пор, пока меня не стошнило, я усталая

и разбитая зашла в тёмный дом. Хорошо, что папа с

Патрицией уехали на свидание и оставили нас с Луи одних.

Иначе он бы понял всё по одному только моему виду.

Поднявшись к себе, я взяла чистую одежду и зашла в ванну.

Ненавижу тебя, Гарри Стайлс! Как ты мог так со мной

поступить? Как? За что? — и снова поток слез, которые

поглотил звук воды.

Хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, и больше

никогда не видеть никого, а особенно его. У него хватило

наглости украсть моё письмо, чтобы выставить меня дурой на

моём празднике! Ведь я ему верила, доверяла все свои тайны и

мечты, а он…

Мысли оборвались, когда я вошла к себе и увидела тёмную

фигуру, сидящую на подоконнике.

Сердце забилось быстрее, а глаза снова наполнились

слезами.

— Вываливайся из моей спальни, Стайлс! — закричала я,

яростно сжимая кулаки.

— Ливи, прости меня, — тихо сказал он и встал, немного

покачнувшись.

— Никогда! Слышишь никогда! Урод! Я думала ты хороший,

а все остальное лишь показуха перед друзьями! Луи был прав,

ты гнилой внутри, а я пыталась найти в тебе светлое! —

продолжала я.

— Малышка, да я не знаю, зачем это сделал. Прости меня, я

всё исправил…я…

Гарри цокнул языком и замолчал, пока по моим щекам текли

слёзы от обиды. Я подлетела к нему и со всего размаха дала

пощёчину, что он отшатнулся и приложил руку к щеке.

— Ты заслужил большего, — процедила я, но в тот же

момент, под слабым светом луны увидела, что из его губы идёт

кровь, а левый глаз припух.

— Я знаю, но блять больно, — проскулил он.

От него сильно пахло алкоголем, травкой и ещё чем-то, я не

могла разобрать. Моё долбанное сердце предало все намерения

ненавидеть его до конца своей жизни, и я сделала шаг к нему,

беря двумя пальцами его подбородок и поворачивая к себе.

— И кто тебя так? — тихо спросила я.

— Твой брат, — усмехнулся он, а его рука легла на мою щеку.

— Прости меня, Ливи. Ты такая красивая сегодня была, такая