дружить. Я не умею его ненавидеть. Я не умею ему мстить. Я

умею только его любить. Я проиграла.

Почему судьба так со мной не справедлива? Почему не

подарит мне счастье, спокойствие и его? Неужели я так плоха?

Я зажмурилась, чтобы прогнать уже подступившие слёзы. И

открыла глаза, смотря в окно. Но я ничего не видела, перед

глазами пробегали вспышки из прошлого. Его смех. Обидно. До

крика из груди обидно, что он не хочет даже поверить в нас.

— Я даже и забыла, какой Лондон красивый в сумерках, —

восхищённо произнесла мама.

— У нас ещё пять дней, чтобы насладиться им и сходить

тряхнуть стариной, — подмигнула ей Патриция.

Они рассмеялись, как и мои два отца. Надо было притвориться

больной, списать все на месячные, которые начались сегодня.

Только бы слушать тишину и предаваться собственным

переживаниям.

— Ливи, детка, мы приехали, — меня за плечо тронула мама,

и я огляделась.

— Отлично, — неэмоционально ответила я, выпрыгивая из

машины.

Хотя прыгать на пятнадцати сантиметровых каблуках та ещё

работа. Одёрнув вниз, итак, короткое платье я обошла машину и

встала рядом с родственниками.

«Если тебе плохо, болит душа и плачет сердце. Ты должна

выглядеть лучше всех, смеяться над другими, и никогда, ни при

каких условиях не показать своё истинное лицо. Поэтому

танцуй, чтобы утолить жажду жизни», — так говорила мне моя

преподавательница танцев.

Я улыбнулась этому воспоминанию и представила, что сейчас

заиграет музыка, и я выйду, чтобы станцевать соло.

— Лив, с тобой всё окей? — меня под руку взял брат, когда

мы заходили в отель.

— Да, а должно быть иначе? — усмехнулась я.

— Гарри рассказал нам всё. Лив, мне жаль, но он был честен с

тобой, и даже я восхищён его поступком…

— Хватит, — оборвала я его и остановилась, смотря в глаза.

— Забыла. Пережила, или переживу. Но не смей говорить мне,

что я должна быть ему благодарна за такой рыцарский поступок.

Иначе я врежу тебе.

— О да, у тебя тяжёлая рука. Сейчас сама увидишь, —

хохотнул Луи, и мы продолжили идти к столику, стоящему в

центре ресторана, где собрались всё.

Кожу начало покалывать — смотрит на меня. В горле

пересохло — значит, злится. Но я только подняла голову, и мой

взгляд упёрся в сияющую бриллиантами Кристалл.

— Всем добрый вечер, — громко сказал папа.

Пока мы рассаживались и одновременно представляли моего

нового отца, я мельком взглянула на Гарри.

Мать твою, я великолепна! — воскликнула я внутри себя.

Скула Гарри ярко выделялась в свете свечей вокруг. Он что

тональной основой замазал?

Я хрюкнула от смеха и сжала губы, садясь на стул.

— Ты только посмотри с какой фифой он, урод

недоделанный! — возмутилась мне на ухо Кори, а внутри

прошёлся торнадо.

Гарри пришёл не один? Уже с кем-то. Что я говорила про

будущее? Я точно угадала. Но я не могла посмотреть направо, не

могла заставить себя даже поднять голову на людей за столом.

— Мисс, меню, — передо мной положили папку, а я смотрела

на буквы и не могла ничего разобрать.

— Гарри, как быстро ты меняешь девушек, — усмехнулась

Кристалл. Боже, дай долгих лет жизни этой женщине!

— Да, но я решил, что остепенился. Рита это то, что я искал.

Думаю, что на свадьбу мы придём вместе, и я останусь ещё на

какое-то время в Лондоне, чтобы помочь ей переехать ко мне в

Нью-Йорк, — переигрываешь Стайлс, слишком слащаво.

Рита! Фу. Имя для собачки, комнатного пса. Я резко подняла

голову и заметила, что большинство гостей за столиком, а точнее,

все молодые представители гостей смотрят на мою реакцию.

Что я должна сделать? Вырвать ей волосы? Убить её об стол

или вышвырнуть из ресторана? Да я с удовольствием, только в