лице Гарри. Адреналин засвистел и полетел по венам. Он играл,

вновь пытался сделать из меня дурочку. Не выйдет, теперь моя

очередь.

— И кто же этот чудик, готовый взять тебя в жены? —

хохотнул Стайлс.

— Маргарет говорила, что это молодой педиатр, так же? —

мне показалось, что папа хотел защитить меня перед Гарри, его

голос звучал надменно холодно. Я посмотрела на него и

улыбнулась, Патриция нервно теребила вилку. Неужели Гарри и

папа конфликтуют?

— Да, Ред окончил третий год интернатуры и поступил в

ординатуру, очень хороший парень. Я прохожу практику каждый

год и учебные тренинги в больнице, где он работает. Дети его

просто обожают, — подтвердила я. — Но я не готова пока

связывать свою жизнь с кем-то на постоянной основе. Ведь мне

всего двадцать один, а я в жизни ещё не всё попробовала.

Я взяла бокал, допивая содержимое, алкоголь отлично

согревал меня изнутри, придавая сил, расслабляя мышцы тела.

— А смеялись мы, потому что папа спросил, когда я перестану

менять бойфрендов как перчатки, — повернувшись к Гарри,

продолжила я. — Я ответила, что на сто первом остановлюсь, на

что мне сообщили, что с такими темпами им осталось недолго

ждать.

— Мда, — цокнул языком Гарри, — чувство юмора у вас

отменное, скажу я вам.

— Кто-то этой особенности, вообще, лишён, — поддела я его,

не сумев проконтролировать свой язык.

Гарри усмехнулся, его зрачки вмиг расширились, а глаза

сверкнули. Ему такой стиль общения определённо нравился.

Я видела, как его губы уже раскрылись в новой колкой фразе,

что я перехватила инициативу и быстро произнесла:

— Патриция, было очень вкусно, но я безумно устала, —

запустив руку в волосы, я изобразила вселенскую тяжесть на

своих плечах. — Я бы хотела лечь спать, а завтра мы могли бы

обсудить мой вклад в вашу свадебную сказку.

— Конечно, — я заметила, что она облегчённо вздохнула и

бросила злой взгляд на Гарри, который только изобразил

непонимание.

— Я покажу тебе твою спальню, — предложил папа, в его

голосе слышалось недовольство, и я поднялась.

— Отлично, — я положила салфетку на стол рядом с

тарелкой. — Тогда желаю всем доброй ночи, и ещё раз спасибо за

приглашение и радушную встречу. Я рада вернуться в Лондон.

Я улыбнулась Патриции, а моего врага даже не удостоила

взглядом. Папа уже вышел из-за стола и я, развернувшись, пошла

за ним.

Мы хранили молчание, пока поднимались по ближайшей к

столовой лестнице на второй этаж. Затем повернули налево и

прошли по длинному коридору к одной из последних дверей.

— Это твоя комната, — тихо сказал папа и раскрыл дверь.

Я замерла, увидев то, что даже не ожидала. Это была моя

забытая спальня с нежно-голубыми стенами, двуспальной белой

кованой кроватью, большим сундуком у её подножья.

— Господи, — прошептала обескуражено я, входя в комнату,

оглядывая её вновь и вновь, чтобы удостовериться, что я не

грежу.

— Тебе нравится? — голос отца дрогнул, а я не могла больше

вымолвить ни слова и только кивнула.

— Невероятно, — вымолвила я через несколько секунд,

подходя к сундуку и проводя по нему ладонью. — Это же мой

пиратский клад. Откуда?

— Да, я забрал его из нашего дома, кровать сделали по

фотографии, — папа переминался с ноги на ногу, ожидая моего

вердикта о проделанной работе.

— Спасибо, — тихо произнесла я, поднимая на него голову.

Сердце наполнилось любовью, радостью и детским восторгом. Я

не помнила, что в последний раз заставляло меня так себя

ощущать. Лёгкость в груди стала на мгновение золотом, и я

растворилась в нём.

— А ты больше ничего не заметила? — загадочно спросил он,

а я удивлённо начала озираться.

Столик с двумя стульями повторяли стиль кровати, шкаф-

купе, во всю стену расписанный замысловатыми серебристыми

узорами на белом стекле, зеркальный мамин столик,