Дамы, вернувшиеся в Гнездо вместе с Лизой, и жены нескольких лордов Долины попросили Сансу помочь им раздеть лорда Петира и проводить его на брачное ложе, и девушке пришлось согласиться. Хоть ей было вовсе не до веселья, она не захотела показать, как ее напугала встреча с Мизинцем. Он подчинялся им охотно и беспрестанно шутил, но и сам платил той же монетой. Когда его завели, наконец, в башню, все дамы раскраснелись, шнуровка у них на корсажах распустилась и юбки пришли в беспорядок, но Сансе Мизинец только улыбался. И эта улыбка тревожила ее все сильнее и сильнее. Его благополучно препроводили вверх по лестнице в спальню, где ждала его леди-жена.

Дамы, приехавшие с Лизой, ничуть не стесняясь, наперебой рассказывали про первую брачную ночь на Перстах.

– Она так орала! Так орала, что нам стало жаль лорда, - смеялась одна. – Собаки подвывали ей, а мы изнемогали от смеха!

– О да! Петир, милый Петир, о-о. Да, Петир, да. Вот где ты должен быть. Сделай мне ребенка, Петир!
– изображая теткин голос, передразнивала вторая.

Все, кроме Сансы, прыснули со смеху. Девушке вдруг сделалось тоскливо и душно здесь, захотелось сбежать, оставить тетку, свадьбу, непонятного лорда Бейлиша, которого она боялась, и все Орлиное Гнездо!

Девушка тихо вышла во двор, никем не замеченная. Снег уже засыпал его, выбелил унылую серость. « Это зрелище вернуло Сансу в давние холодные ночи и в долгое лето ее детства. В последний раз она видела снег, когда уезжала из Винтерфелла. Тогда он был не таким густым и таял на волосах обнявшего ее Робба, а снежок, который девушка хотела слепить, рассыпался у нее в руках. Санса с болью вспоминала, как счастлива она была в то утро».* Халлен подсадил ее на коня, и она в пляске белых хлопьев думала, что едет смотреть мир, тогда как на самом деле она отправилась в саму преисподнюю.

Легкие хлопья касались ее лица нежно, как поцелуи влюбленного, и таяли на щеках. Желтый призрачный свет, лившийся из стрельчатых окон тонких высоких башен, бросал теплые размытые блики на каменные стены, хранившие покой неприступного Гнезда. Она подняла лицо к небу и закрыла глаза. Снег оседал на ее ресницах, таял на губах. Это был вкус Винтерфелла, вкус свободы и вкус мечты. Она стояла в одном платье, но не чувствовала холода, так жгли ее изнутри воспоминания. Когда заскрипел ворот решетки, девушка словно вынырнула из сна. Ворота открылись, и во двор вошли люди. Сначала Санса подумала, что это сильно опоздавшие гости явились на странную свадьбу, но вот она различила несколько знакомых лиц из свиты Робба, а потом увидела Кейтилин. Крик застрял в горле, превращаясь в жалкий мышиный писк. Девушка бросилась к матери.

Санса бежала через двор, и тонкое марево, сотканное из снежинок, плыло вокруг. Пес стоял в толпе рыцарей. Он узнал ее сразу же. На одно только мгновение ему показалось, что она бежала к нему.

Девушка впорхнула в объятия матери, словно маленькая испуганная птичка. Арья подошла к ним и прижалась, пытаясь обнять обеих. Санса ахнула и, оторвавшись от потрясенной Кейтилин, схватила сестру в охапку, прижалась губами к ее щеке. Арья скривилась, но только для вида. Из замка вышел мейстер. «Вездесущий», - подумала Санса. Но, может статься, что просто он один был трезв из тех, кто гулял на свадьбе. Мужчина тут же узнал Кейтилин и учтиво ей поклонился, приглашая последовать внутрь. Леди Старк кивнула в сторону своих людей. Санса проследила за ее взглядом и увидела в толпе Клигана.

– Конечно, мы примем всех ваших людей, миледи, - ответил Колемон на невысказанный вопрос Кейтилин. – В Гнезде достаточно места для вашей свиты.

Леди вошли в замок первыми. У девушки коленки тряслись от волнения, и она оступилась на заиндевевшей ступеньке низкого крыльца. Оуэн Норри подхватил ее за локоть, и она благодарно улыбнулась ему, глядя снизу вверх на рослого юношу. Клиган видел, как пташка мило щебетала свою обычную учтивую чепуху, вцепившись в руку заносчивого щенка.

Пес подумал, что зря не отрубил ему руку.

… Следующим утром Лиза вызвала к себе Кейтилин и Джейн. Арья тут же пропала в неизвестном направлении, почувствовав волю. Сансе же было жизненно необходимо найти Клигана. Старая горничная, которая, казалось, знала обо всем, что происходит в стенах замка, поведала ей, что рыцарь из сопровождения леди Старк спустился в конюшню к подножию Копья Гиганта еще на рассвете. Болтливой старушке явно очень хотелось обсудить с девушкой происхождение страшных шрамов на его лице, но сестра короля поспешила уйти от этого вопроса. Девушка накинула плащ и вышла во двор. Санса решила воспользоваться подъемником, чтобы спуститься в Небесный путевой замок, находившийся в шестистах футах под ними, а дальше придется идти пешком по ступеням, вырезанным в склоне, который становился оттуда более пологим. Этот путь был самым легким способом выбраться из Гнезда, в противном случае пришлось бы идти по ступеням в настоящей трубе из камня, ведущей из мрачных темниц.

В комнате у подъемника находился сегодня только тюремщик Морд. Мужчина сильно страдал от похмелья и раздумывал над просьбой Сансы мучительно и долго. Голова нещадно трещала, и он никак не мог взять в толк, сколько же девчонок Старк теперь находилось в Орлином Гнезде. Эта рыжая стояла перед ним, краснея, и объясняла, что ей непременно нужно спуститься вниз на псарню за сестрой, собачку которой не дозволили поднять в замок. А за кем тогда пошла та, мелкая, которая за час до рыжей просила его о спуске, чтобы найти сестру, страсть как соскучившуюся по своей лошадке? Морд махнул рукой, так и не разобравшись в количестве сестер. Когда девушка залезла в огромную оплетенную кадку, он поднял хлыст и щелкнул им. Пара быков пошла по кругу, вращая барабан. Цепь с грохотом по камню стала разматываться, дубовая кадка начала свой спуск к Небесному замку.