– А «крыша»?

Тут Саша улыбнулся.

– Горевой, начальник милиции Рушевки много лет дружит…, - тут он поморщился и исправил себя, - дружил с твоими родителями. У нас подписан договор с охранной фирмой, которой заправляет сын Горевого. Это и есть наша «крыша», то есть всё абсолютно легально.

– И это в наше время, - удивлённо хмыкнул Женя. – Мама всегда меня восхищала умением ладить с людьми.

– Лариса Евгеньевна была заметной фигурой в Рушевке, её уважали и ценили за честность и прямоту. Конечно, это вызывало зависть конкурентов, так что недруги у нашего ресторана были …

– А у кого их нет, - вздохнула повар Алевтина.

– Но хозяйка умела сглаживать острые углы, - добавил Саша. – И я сделаю всё, чтобы «Лора» по-прежнему была первым рестораном города.

– Спасибо, - кивнул Женя.

– Почему ты не хочешь остаться? – спросила Петровна. – Хозяйка говорила, «Лора» – твоё наследство.

– Сейчас не могу, - тихо ответил Женя. – Мне нужно время, чтобы смириться с происшедшим, а здесь… - и он обвёл взглядом родительскую квартиру. – Всё напоминает о моих... Это слишком больно. Я уеду, но буду часто звонить, как и вы будете звонить мне, если возникнут какие-то вопросы. Кстати, а юрист у нас есть?

– В Киеве, - ответил Саша. – Фирма Дмитрия Сокоры, это солидный адвокат и просто хороший человек. У него в штате есть и нотариус, у которого мы сможем оформить генеральную доверенность, - управляющий вдруг зарделся и чуть запинаясь пробормотал. – Прости, я говорю о своей кандидатуре, как о решённом деле, но, возможно, ты собираешься назначить другого человека управлять рестораном?

– Нет, - чуть улыбнулся Женя. – Родители тебя всегда хвалили и хорошо отзывались, я верю их чутью, так что ты, Саша, будешь моим доверенным лицом и продолжишь дело Ларисы Евгеньевны.

– Правильно, - покивала головой довольная Петровна.

– Саша нас в обиду не даст, - добавила Алевтина.

Дмитрий Сокора постарался, чтобы все бумаги Семёновых были оформлены в кратчайшие сроки.

– Я был на похоронах, - крепко пожал он руку Жени, - но не подходил представиться, видел, тебе не до того. Зато сейчас скажу… Прими мои самые искренние соболезнования. Я хорошо знал твоих родителей и очень уважал. Редкие люди. Честные.

– Спасибо, - пробормотал парень в ответ.

– Чем собираешься заняться? – спросил Сокора.

– Хочу уехать заграницу.

– Куда и зачем?

– Куда глаза глядят. Зачем – не знаю, - отвернулся Женя. – Но в Украине пока оставаться не могу, тошно. Может, хоть Европа поможет мне встряхнуться, чтобы я понял, как жить дальше.

– Значит, куда глаза глядят… - задумался юрист. – Это не дело, парень. Ладно, по туристической визе прокатиться по известным местам, но просто убить время…?

– Я буду работать. Где – не имеет значения. Пусть я не великий специалист в торговле, у меня и практики по специальности – кот наплакал, но готов работать, кем угодно, лишь бы обеспечивать себе стол и жильё.

– А язык?

– Английский свободно. Я даже в армии не забывал заниматься и слушал учебные кассеты, а затем пересмотрел столько фильмов в оригинале, - чуть смущённо улыбнулся Женя, - что сейчас понимаю буквально всё, только в разговорной речи мало практики.

– Это быстро придёт, - кивнул Сокора. – Ладно, я узнаю, как тебе оформить рабочую визу в Великобританию.

– Спасибо.

– Но ты пообещаешь, что будешь раз в месяц звонить и рассказывать о своих делах, - предупредил адвокат.

– Конечно, я посмотрю Европу и обязательно вернусь. Звонить буду регулярно.

Надя.

Она узнала о трагедии Семёновых и ужасно расстроилась. За прошедшие годы Надя не раз вспоминала Женю, особенно, после рождения сына. Мальчик родился спустя 9 месяцев после практики в Карпатах, но чей он сын, Надя не знала - видела в нём то Женю, то Вадима. Она переживала и ругала себя последними словами, чувствуя вину перед мужем, но спустя три года убедилась, что Петя – именно Величко. У него были жесты отца, взгляд и мимика. Это успокоило молодую женщину и она стала забывать Женю, как вдруг случилось это несчастье с его родителями.

Надя пришла на похороны вместе с мужем, оставив ребёнка у бабушки. Вадик, глядя издали на седого Семёнова, тихо заметил:

– Мне все говорили, мы с ним похожи, как близнецы…

– Уже нет, - заплакала Надежда. От вида седого Жени у неё всё внутри перевернулось.

– Что ты так убиваешься?

– Ты не понимаешь, он поседел от горя.

– Бывает, - вздохнул муж. – Вы знакомы?

– Шапочно, да и то, когда мне было 18 лет, так что это не считается. Женя давно уехал из Рушевки.