Шрифт:
Опустив голову, Хадсон медленно провел языком по изгибу ее губ, прежде чем сплавить их губы в поцелуе. Мышцы плеч перекатились, когда он обнял ее и крепче прижал к себе. Вкладывая все свои чувства в этот поцелуй, он подумал о том, какой женщиной стала Алли - прощающей, сострадательной, прекрасной, умной - и он был везучим сукиным сыном, что она полюбила пустую раковину мужчины, которым он являлся. Жизнь была охренительно коротка, и всей ее не будет достаточно рядом с Алли. И он женился бы на ней каждый проклятый год, чтобы доказать, что завязал с поисками. Она была той самой. Каким же бесхребетным он стал. Но ему было плевать.
Хадсон прервал поцелуй и обвел ее покрасневшие припухшие губы.
– Репетиция свадебного ужина в семь, а сразу за ней - репетиция медового месяца.
– О нет.
– Что?
– Ничего подобного до брачной ночи.
– Ты разыгрываешь меня, да?
Вспышка веселья мелькнула в ореховых глазах Алли, золотые искорки заиграли от глупой идеи.
– Может, мы и не самая традиционная пара, но я не стану заниматься с тобой сексом в ночь накануне нашей свадьбы.
– Ну ладно, просто трахни меня.
– Хадсон, - предостерегла Алли.
– Займись со мной любовью?
– Серьезно.
– Ты правда думаешь, что я буду спать с тобой в одной постели и не коснусь тебя? Черт, Алли, целая неделя прошла.
– Нет, я посплю в одной из гостевых комнат.
– Гостевые комнаты в данный момент превратились в центр свадебной подготовки.
– Тогда посплю на диване.
– Черта с два, - Хадсон резко выдохнул.
– Ты будешь спать в главной спальне, я пойду на диван. Но для галочки, правило никакого-секса-перед-свадьбой - бред сивой кобылы.
Алли безуспешно пыталась скрыть улыбку. Черт, да она издевалась над ним.
– Мне очень жаль.
– Ничего тебе не жаль, - Хадсон широко улыбнулся.
– Но ты мне это еще возместишь.
– Правда?
– Хм-м. Но пока ужин с женихом.
Она хихикнула.
– Недолгая помолвка.
– Действительно, - они направились обратно в дом, и он наградил ее легким шлепком пониже талии.
– Наслаждайся последним вечером в качестве мисс Синклер, детка.
Глава 17
Распахнув глаза, Алли замерла. Сердце бешено колотилось, она вслушивалась в темноту, молясь, чтобы разбудивший ее звук оказался сном. Но тут она вновь услышала его, гортанный стон мучительной боли.
– Нет... оставьте его... не забирайте его.
Крики Хадсона заставили ее выскочить из постели. Сбежав по лестнице, она увидела его скорчившимся на диване, сжимавшим простыни в кулаке, как будто его куда-то тянули. Сначала Алли подумала, что кошмар связан с потерей Ник, что он переживает тот ужасный момент, когда брата буквально вырвали из его рук. Но потом он сказал кое-что еще. Кое-что, заставившее ее остановиться на полпути.
– Его глаза открыты... заставьте его дышать... Папа!
– последнее слово вышло первобытным криком, ударившим ее почти с физически ощутимой силой.
– Хадсон! Проснись!
– но его глаза все еще были закрыты, голова металась из стороны в сторону, ноги пинались. Подбежав к нему, она опустилась на колени рядом с диваном и потрясла его за плечи. Она ощутила, как бешено колотится его сердце под промокшей от пота футболкой.
– Хадсон, проснись. Пожалуйста.
Он резко вскинулся, хватая ртом воздух. Дикий и перепуганный взгляд лихорадочно метался по комнате, освещенной лунным светом, пока наконец не остановился на Алли.
– Что такое?
– он судорожно вздохнул.
– Что случилось?
– Тебе опять приснился кошмар.
Хадсон тяжело выдохнул и провел рукой по лицу.
– Извини, что разбудил.
Алли присела рядом с ним на диван.
– Хочешь поговорить об этом?
– спросила она, уже зная ответ.
– Нет.
– Это может помочь.
– Я же сказал, я не хочу это обсуждать.
– Ты не можешь и дальше прятать это, Хадсон.
– Я в норме, - сказал он.
– Давай спать дальше.
– Но ты не спишь, - голос ее сделался тише.
– И я беспокоюсь о тебе. Как долго это продолжается?
– Большую часть моей жизни.
– И как часто?
– По-разному. Они прекратились на какое-то время.
– Когда они вернулись?
Хадсон потер переносицу.
– Недавно.
– Когда мы вернулись из Европы?
– Да, - он провел рукой по мокрым от пота волосам.
– Это все мое беспокойство за твою безопасность. Как только все это закончится, я буду в порядке.