Я, прикрыв, глаза обнимала своего мужчину, которого безумно любила.

Прикоснувшись своим лбом к его, я положила руки ему на плечи, а он держал меня за бедра. Его большие пальцы потирали мои бедра. Так. Прямо здесь. Он был самым властным мужчиной, которого я знала, и он был моим.

У меня было то чего желали многие женщины. Они тянулись к нему, потому что он был властным и смертоносным. Это не мираж. Он был опасен, и та же дрожь пробежала по позвоночнику и пробралась глубоко, объединяясь со мной на клеточном уровне. Это была дрожь, из разряда восхищения.

Я отклонилась назад, опрокидывая нас на кровать, и обхватила его ногами вокруг талии, устраивая его между своих ног.

Опасный. Да. Картер был опасен. Я обхватила ладонями его и притянула его к себе. Но он был моей опасностью. Он был моим защитником. И был моим, кого я защищала.

– Ты увер…

Я прильнула своими губами к его. Сквозь меня пронеслась волна дрожи. Я хотела сохранить ощущение, подобное этому, и ничего больше. И когда Картер перевернул нас, подмяв меня под себя, он помог мне забыть. На некоторое время, он заставил меня почувствовать только его.

Потом, гораздо позже, Картер, выскользнув из меня, передвинулся на свою сторону. Оставив одну руку на моем животе.

– Тебе больно?

– Нет, - я перекатилась на свою сторону, к нему лицом, и покачала головой.

– Нет что?

– Сожалеть об этом. Да, мое тело ранено, но это из-за взрыва, из-за нападения на машину. Это от них. Они причинили мне это и я не хочу больше позволять им брать над собой верх, - я провела рукой вверх по его руке. Он был таким сильным, его вены бугрились под кожей. – Я не позволю им отнять это у меня.

Его лицо смягчилось, и он приподнял мой подбородок.

– Я люблю тебя.

– Навечно, повторила я, мои веки опустились, когда он наклонился ближе, и его губы коснулись моих. Это был самый нежный их всех поцелуев.

Он прошептал у моих губ.

– Мне жаль по поводу твоей сестры.

– Мне тоже.

Отстранившись, он мягко вздохнул.

– Я найду ее, Эмма. Все не так, как с твоей соседкой. Мы вернем ее. Она будет в безопасности. Сейчас я не так втянут во все эти разборки, как тогда. Мне не нужно выжидая тратить время. В прошлый раз, все должно было быть обсуждено и одобрено. В этот раз, я вне семьи. Я могу делать все чего бы ни захотел, и я знаю, что Коул меня поддержит. Старшие тоже.

– Почему они забрали ее?

– Кроме очевидного? – он, нежно, большим пальцем потер мой лоб.

– Они думают, что она – это я.

– Да. Предполагаю. И я надеюсь, когда они это выяснят, они используют ее, в качестве разменной монеты и снова придут за тобой. Они не облажаются дважды. В этот раз, они будут готовы для возмездие.

Возмездие. Я взглянула на одежду, которую стянула с него. Он был одет, чтобы раствориться в ночи и осуществить свою месть. Люди собирались умереть … уже умерли… и их будет много. Я была в ужасе оттого, что еще могло произойти, но шла война. Я была втянута. В этот раз, я не собиралась прятаться.

– Что насчет полиции, - спросила я.

– Что насчет их?

– Должны ли мы заявить о ее пропаже? Или это уже было сделано, - еще один вопрос слетел с кончика языка, но видя напряженную складку вокруг его рта, я попридержала коней. – Что?

– Если полиция вовлечена, это означает вопросы. Это значит часы, проведенные на допросах. Это значит, что они будут за нами наблюдать. Это значит, что мы не сможем делать, то, что нужно делать.

– Так, никто не знает? Твои люди, Картер.

– Да мои люди свяжутся со мной, но это займет некоторое время. Никто из них не в системе. Им не разрешено иметь никаких удостоверений личности, и что-то, что на них зарегистрировано, включая оружие, все будет прослежено до подставных компаний. В конце концов, они пойдут в семьи, которые заставят их искать меня, но это потом. Не сейчас. Я надеюсь, что смогу быстро с этим разобраться, а затем пойду и сам скажу семьям.

– Если ты не сможешь? Если полиция первая их поймает?

– Тогда я также принесу им свои извинения за эту несправедливость. Я не могу покинуть эту войну, еще нет.

– Я знаю, - сказала я ему.

Он скользнул рукой вдоль моего лица, и я, уткнувшись в нее, коснувшись губами, поцеловала теплую кожу.

– Я хочу помочь, - сказала я.

Он отдернул руку и сел.

Пропасть, образовавшаяся после этих слов, была пугающей. Я, удерживая его взгляд тоже села. Простынь соскользнула с меня, но мне было все равно. Мне нужно быть решительной. Нужно было выглядеть сильной. Он не должен видеть хоть малейшую тень сомнения в моих глазах.

– Я серьезно, - говорю я.