Гермиона прижала колыбельку к груди.

– Не отдам!

– Мисс Грейнджер, никто не собирается отнимать у вас ребенка!
– проговорил Малфой.
– Держите себя в руках!

– А почему решили, что речь идет именно об Артуре Грейнджере?
– спросил Снейп.
– Других вариантов нет?

– Нет. Это единственный неизвестно откуда взявшийся ребенок, оказавшийся на попечении одинокой девушки, пережившей несчастье. У него нет родственных связей ни с одной магической семьей. И он сильный волшебник.

– «Может принести и добро, и зло», - процитировала профессор Спраут, - надо же! Ну, пока все его «зло» - запачканные пеленки.

Арчи захныкал. Гермиона взяла его на руки и принялась укачивать. Мальчик моментально затих.

– У мисс Грейнджер очень сильная ментальная связь с ребенком, - как бы между прочим заметил Снейп.

Наконец отмер и Флитвик.

– А как бы узнать, чей наследник?
– спросил он.
– Было бы логично, если бы покровительство ребенку оказывали представители Дома, с которым он связан по праву рождения.

– Как тут узнаешь?
– поджала губы МакГоннагал.

– Думаю надо подождать, пока подрастет, - глубокомысленно изрек Дамблдор.
– Что-нибудь да проявится. В любом случае, его дом в Хогвартсе.

Деканы злобно уставились на своего начальника.

Гермиона почувствовала страстное желание бежать вместе с Арчи, куда глаза глядят. Она-то знала, чей потомок лежал у нее на руках, но оповещать об этом окружающих - себе дороже. Возникнет слишком много вопросов.

– В любом случае, Министерство Магии не останется в стороне, - продолжал Малфой, - мисс Грейнджер вправе рассчитывать на любую помощь. Для начала ей назначается содержание в размере тысячи галлеонов в месяц. Это на первое время.

– Сссспассибо!

– Но Гермиона - незамужняя девушка, - сказала МакГоннагал, - и так столько сплетен и слухов с этим усыновлением, а такие секреты долго не живут. Ей придется нелегко.

– Значит надо выдать мисс Грейнджер замуж, - доброжелательно предложил Малфой.
– Варианты есть?

– Есть, есть, - с улыбкой проговорила МакГоннагал.

– Это нечестно, Снейп — слизеринец!
– выпалил Флитвик.

– Ну Филиус, от кого от кого, а от тебя не ожидала…

– А Грейнджер с Гриффиндора.

«Порвут на сувениры!», - пронеслось в голове у Гермионы.

– Но мы же никуда не денемся, - сказала она, - ребенок будет здесь, на глазах у всех.

– А мне вот интересно, - сказала молчавшая до сих пор мадам Помфри, просочившаяся в кабинет за компанию с Гермионой, - как именно может проявиться наследственность Арчи. Ну, Слизерин был змееустом, с этим проще. А остальные?

– А этот, как его, парселтанг, можно выучить?
– ревниво спросил Флитвик, явно подозревая Снейпа в изощренном коварстве.

– Нет, это врожденная способность, - ответил Дамблдор.

– Ну, Годрик был вспыльчивым, - начала перечислять МакГоннагал, - Хельга славилась добротой и любовью ко всему живому, Ровена больше всего ценила знания.

– Боюсь, что в результате мы получим несчастного ребенка, который будет страстно ненавидеть книги и все живое, и бросаться на окружающих. Это если в ближайшее время он не начнет говорить со змеями, - прокомментировал Снейп.

– Да, именно поэтому мисс Грейнджер и нужна поддержка, - согласилась профессор Спраут.

– Я так понимаю, кандидат у нас один?
– спросил Малфой.
– Так как, Северус?

– Можно подумать, у нас с мисс Грейнджер есть выбор, - ответил тот.

– Мисс Грейнджер?

– Да, конечно. То есть я согласна.

– Ну вот и славненько, - потер руки Дамблдор.

Вечером к Гермионе зашел Снейп. Она только уложила Арчи.

– Хочешь чаю?
– спросила она, поцеловав в щеку своего мужчину.

– Пожалуй. Как ты себя чувствуешь?

– Как Дева Мария.

Он хмыкнул.

– И это только начало.

Динни шустро сервировала чай на столике у камина.

– Северус, - жалобно спросила Гермиона, - как ты думаешь, это хорошо или плохо?

Снейп пожал плечами.

– С одной стороны хорошо. Неизбежное внимание, прикованное к ребенку, не позволит никому, как это называется, прибрать его к рукам. Но это же внимание чревато неприятными последствиями.

Гермиона вздохнула.

– Скажи, ты ведь женишься на мне не только потому, что так нужно для ребенка?