– Это, конечно, интересно, но ты мне не ответил.

Земеля недолго молчит, но потом сдает всех с потрохами:

– Леха по девкам бегает, у него на каждом этаже по подружке, - переезд у парней недавно состоялся, так что жили они теперь неподалеку от моего склада в съемных квартирах многоэтажного дома, - у Ваньки - любофф! Он на прошлом месте роман с девчонкой в продуктовом закрутил, так к ней и бегает до сих пор через полгорода. Не вздумай шутить на эту тему только! Обижается.

Ого, какая бурная личная жизнь у некоторых!

– А ты?

После долгой паузы Олег неохотно ответил:

– Когда как. У меня дома невеста осталась, - интересные подробности, не знал...

– Думаешь, ждет?

– Знаю!
– закрывает тему Земеля.

Идем, молчим.

– Вечером к нам приходи, Леха с кем-нибудь познакомит. А вообще, лучше бы тебе подружку завести и с ней встречаться.

Хороший совет, вот только где мне эту подружку встретить? В архиве? Так там средний возраст местных дам около пятидесяти, самой молодой недавно сорок пять отпраздновали. Да и работать мне всего неделю осталось, а там свобода! По магазинам, чтоб с симпатичными продавщицами знакомиться, я не хожу - эту миссию на себя китайцы взяли, деньги на хозяйство выдал - и вперед. Не на улице же к девчонкам приставать? Типа, не желаете ли помочь бедному юноше уладить проблемы с взбесившимся другом?

И, если честно: нет у меня сейчас времени на ухаживания и прочие ритуальные танцы. Нет, если б влюбился в кого, и время и силы бы нашел, а так... Что ж, посмотрим, что за подружки у Шамана, оценим его гарем.

Глеб на этот раз ждет нас в уличной кафешке, которые с появлением тепла как грибы вырастают на центральных улицах. Пока делаем заказ, о делах не говорим, треплемся ни о чем, но стоит официанту удалиться, как сержант огорошивает новостью:

– Меня переводят в Ростов.

– С повышением хоть?
– не знаю, как реагировать. С одной стороны, Москва - не столица, а с другой - второй по значению город. Мало кто отсюда в провинцию уезжает.

– Нет, сам попросился. У меня вся семья туда уехала, а я вот за ними следом собираюсь.

– Ясно. Деньги за поселок, значит, на переезд потратишь.

– Угу. Вы как, надумали?

– Сначала скажи, какую долю хочешь?

Жадность сержанта борется со здравым смыслом и выдает результат:

– Десять тысяч. Сразу. И вся информация ваша, - расставляющий блюда официант дает мне время на обдумывание ответа.

С одной стороны, сумма немалая, но с другой - не такая уж и большая по моему нынешнему финансовому положению. Еще хорошо, что этот кадр собирается из города уехать, а, значит, сорить деньгами на глазах у бывших сослуживцев не будет. Но, опять же, - неизвестно, сколько будет в машине, этого сержант знать не может никак, и от него это не зависит. Может и сто тысяч оказаться, а может и двадцать. Решено, снижаем цену.

– Три. Сегодня. Но после рассказа, - хочу еще послушать подробности, вдруг это вообще туфта.

– Пять. Последнее слово. Эту информацию вам никто не даст, а там не может меньше ста тысяч быть, скорее всего больше, они ж большие партии так перевозят, на мелочевку не размениваются.

Резон в словах есть. К каждому пушеру инкассаторов посылать не будут.

– Лады. Излагай.

– Деньги?

– После рассказа.

Немного поломавшись, Глеб соглашается на условия, и приступает к подробностям. К уже имеющимся данным добавляются адреса и названия магазинов, а также примерный график и маршруты машины. В качестве бонуса - становимся свидетелями процесса. Оказывается, этот жук специально выбрал время и место встречи так, чтоб показать нам все вживую. Действительно, к магазинчику напротив подъезжает типичная машина с логотипом известного банка. Вот только номера очень удачно заляпаны грязью, а так - обычный броневичок. И сопровождают ее еще две неприметные машинки, но рожи в них, в отличие от фальшивых инкассаторов, - так и просятся на плакат "Их разыскивает милиция", у меня на этот счет глаз наметанный. Так и отъезжают потом все три сразу.

Проводив кортеж взглядом, приканчиваю свою порцию и приступаю к десерту. Судя по поведению Судоржина во время разговора, он нам не врал. Или, по крайней мере, верил в правдивость своего рассказа. Выспросив еще несколько деталей, решаю, что выплате быть. В туалете кафе отсчитываю запрошенную сумму и делаю внушение, не болтать и не светить деньги до переезда. Это, конечно, не блокировка, про которую ходит много слухов в среде одаренных, но и не просто слова. Скорее - вроде кодирования от болтливости. Преодолеть можно, но спрашивается, зачем ему это делать?

Довольные друг другом расходимся, похоже, насовсем. Через неделю он уедет, а у нас только эта неделя как раз и есть для разработки операции - крупные партии перевозят не так часто, а оставлять это дело на конец июня, когда будут следующие рейсы ох, как не хочется. Не до этого мне будет.

Мимо секса я пролетаю...

Узнав, по какому делу мы ездили, Леха вцепляется, как клещ, и начинается разработка операции. Признаться честно, зная обстоятельства появления этой компании в моей жизни, я не ожидал, что тема инкассаторов их так заинтересует, но похоже, что где-то ошибался. Возможно, не последнюю роль играет то, что грабить мы собираемся не банк, а наркомафию, что не противоречит их тонкой душевной организации. Но это же обстоятельство заставляет меня быть предельно осторожными. Преступление должно быть идеальным.