Была на особом учете, как коллекционер патологий.

Нет, мелкий больше не чудил.

И так хватало и нервов и нагрузок.

Я так хочу тебя, сыночек!

Но мне так сложно тебя нормально выносить!

Твоя мамочка так виновата перед своим Дадлипусечкой.

Да, УЗИ показало, что у нас мальчик.

И как утягивать пояса, с моим-то пузом?

Потянулись черные дни.

Вернон почти что переселился в офис, ночуя там на диванчике в приемной.

Я попросила его развернуть стол так, чтобы он сидел спиной к окну в своем офисе на 9 этаже. А то мало ли.

Он поклялся, что сделает.

я так легко плакать стала!

Пока терла плиту, маленький террорист залез в мойку и принялся за дело: окунал ложки в мыльный раствор и складывал к чистой посуде.

Да что ж ты делаешь, поросенок!

Спустила его на пол.

Меньше, чем через минуту он уже восседал на прежнем месте и с упоением лупил половником по какой-то кастрюле.

Ох, ну хоть так!

Зато точно слышно, что он нигде не шкодит.

Уважаемая покойная сестрица.

С супругом.

Надеюсь, ты там в Раю икаешь не переставая.

Я бы посылала тебе лучи диареи, но меня останавливает мысль, что пребывая на небесах, ты наверняка наблюдаешь за сыном, а значит, находишься прямо над нами.

Дерьма мне в жизни и без тебя хватает с избытком, спасибо.

Лучи диареи я посылаю тому, кто не оставил твоего поганца себе, а приволок нам под дверь и бросил.

Надеюсь, он не очень часто встает с сортира.

Я этот суп на три дня готовила!

НА ТРИ!!!

Что мы жрать будем?

Что ТЫ жрать будешь, гаденыш?

Ты другую кастрюлю найти не мог???

Пришлось привыкать экономить, урезать порции.

А после ужина мечтать, как однажды я смогу, наконец, накладывать сыну и мужу полные тарелки отменного жаркого.

Дни все летели, и однажды Лягушонок-Маугли, удивленно лупая зелеными глазками, рассматривал мой опавший живот и кряхтящий сверток на руках у Вернона.

– Не зыркай мне тут! – загородил собой сына Вернон.

Господи, страшно-то как! Брызгать святой водой на подкидыша бесполезно, по всей видимости магия – просто свойство организма, наподобие дальтонизма. А камней, которыми Супермена усмиряли, нет в свободной продаже.

И продолжился ад.

Безденежье.

Молоко не пришло.

Дадли беспрерывно мучается животиком.

Плачет, плачет и плачет. А стоит мне его укачать, мелкий вредитель начинает стучать и греметь. Я же вижу, что он нарочно!!!

Я срывалась на истерику и визги. Вернон тоже не стяжал святости терпением и всепрощением. Мы срывались уже не только друг на друга, мы уже и на детей орали – дай боже. Мне было стыдно перед сыном: ни выносить, ни родить, ни обиходить нормально не смогла. НО ХВАТИТ ЖЕ КРИЧАТЬ!

Я на все соглашусь, все разрешу, только пусть малыш не плачет.

Стало чуть полегче, когда Дадличке исполнился годик.

Во-первых, Вернон сумел отстоять фирму. И у нас даже начали появляться свободные деньги в семье.

А во-вторых, мне приснился сон: белобородый старец и женщина, в зеленом халате склонились над колыбелькой плачущего сынишки. Вернон валялся рядом на ковре.

Пришельцы что-то капнули малышу в ротик, и проблемы с животиком отступили.

Очень хочется верить, что это был только сон.

Но когда я проснулась, муж похрапывал на ковре.

Может, его просто сморило?

Это был день рождения Дадлички. Годик.

У Вернона как раз образовался выгодный контракт, он принес домой деньги. А тут и повод отпраздновать.

Я приготовила жаркое, десерты, купила фруктов и сока. Испекла торт, чтоб ему в духовке не сгореть?!

И мальчишке торта отрезала кусочек. Ему, конечно, нельзя сладкого, но уж ладно. У него-то, в отличие от Дадлички, желудок луженый. Как и глотка.

Подкидыш старше моего сынули на 2 года (если не больше), а наглости – на целый взвод взрослых.

Слово “нельзя” он не очень понимает. Хоть ты расшибись!

И по-хорошему пробовала, и уговорами, и посулами. Объясняй, не объясняй, кол на голове теши, нет, он все равно свое.

Подзатыльники и поджопники помогают, но далеко не так хорошо, как хотелось бы.

Он захотел еще кусочек, и все тут.

Он же хочет, какое может быть “нельзя”? Поросенок противный! Наверняка весь в мамочку.