Шрифт:
***
– Лори… Ты здесь? Лори, прости, - щурясь в темноте, Рик схватил Кэрол за руку, продолжая хрипеть бессвязные извинения.
– Шшш, тихо, Лори у себя, - прикоснулась Кэрол ко лбу шерифа, убеждаясь в том, что температура, наконец, спала. – Вот, выпей.
Уже третий день она носилась от кровати больного на кухню и обратно, чередуя дежурства с Мэгги и Хершелом. Температуру долго не удавалось ничем сбить, и Ти-Догу с Гленом пришлось выбираться в аптеку за более сильными препаратами, которых у них на данный момент не было. Все три дня Граймс лишь бредил, зовя то Карла, испуганно жмущегося у двери и не подпускаемого непреклонным Хершелом ближе, чтобы не заразился, то Лори, которая даже о самочувствии мужа не спрашивала, словно его и не было. Что уж было ожидать от нее, чтобы она хоть какое-то участие в заботе о нем проявила. Такого Кэрол не понимала, впрочем, и думать об этом времени у нее не было. Несмотря на то, что Мэг и Бет, насколько могли, помогали ей во всем, старшая сестра была вся в мыслях о Глене, а младшая просто многое не умела в силу возраста.
Напоив Рика водой с лекарством и убедившись, что он снова уснул, женщина устало откинулась на спинку стула, бессмысленно уставившись на лежащую на коленях книгу, буквы которой сейчас, вечером, даже при свете свечи различить уже было сложно. Да и сил на чтение не хватало. Скрипнувшая позади дверь возвестила о приходе недовольного чем-то Дэрила и Рыжей заразы, которая так и ходила за хозяином хвостом, лишь изредка позволяя Кэрол прикоснуться к себе. Ну да, женщина проделала немалую работу для этого, прикармливая животное и долго приучая его к себе.
– Как он? – буркнул реднек, суя в руки Кэрол чашку горячего кофе и ставя на стол тарелку с найденным Гленом в магазине печеньем, об которое, если его не размачивать, зубы сломать можно было.
– Спасибо, - улыбнулась она, отгоняя от себя мысль о том, что Диксон не сам додумался до того, чтобы принести ей ужин. – Рику лучше, температура спала, кажется, уже идет на поправку. Только вот… Лори все еще зовет, а она идти не хочет…
– Блин, из-за бабы так расклеиться, - скривился охотник, пренебрежительно поглядывая на больного. – Послал бы ее уже давно и жил спокойно, нет же… Да ты пей, давай, и ешь, пока не остыло, я что, зря готовил тебе все это?
– Сам? – не сдержала снова улыбки женщина, понимая, что для Дэрила даже самостоятельное выкладывание печенья на блюдце и заваривание кипятком порошка, который кто-то по недоразумению назвал кофе – целый подвиг.
– Ну а кто? Они что, задумаются? Сидят там, вздыхают, что Мэг опять ужин пересолила, нет бы, сели тут вместо тебя следить, как будто некому больше, - все еще бубнил Дэрил, кажется, скрывая за своими упреками в сторону друзей смущение. – Вон Лори бы и сидела. А то, как требовать чего-то – она первей всех, а как делать…
– Ей и без того сложно, она и так плохо себя чувствует, - вступилась за подругу Кэрол, начиная есть под одобрительным взглядом Диксона.
– Ну, давай, еще пожалеем ее. Тазик подставить под ноги и ничего. Все равно сидит точно так же, так хоть польза была б. Типа ты себя хорошо чувствуешь.
– Хорошо. Правда хорошо, - пыталась убедить Дэрила женщина. – Только жалко его, тяжело, когда он просыпается и жену зовет… Хочется помочь, но этому таблетками не поможешь.
– Вот ведь людям делать нехрен, - покосился на Рыжую заразу, нарезающую круги по комнате, реднек и требовательно кивнул на тарелку. – Все давай доедай, а то я вон сквозь тебя уже стену вижу. И не парься из-за шерифа, сам выбрал себе такую.
– Какую такую? Когда выбираешь, они ведь еще не такие, - проговорила Кэрол, уставившись в одну точку и вспоминая свое. – То есть… В общем, думаю, нам его не понять, все же не просто знать, что… И ревновать к мертвому уже другу, а если еще и задуматься, как друг умер…
– Нет, мне точно не понять всех этих ревностей и прочей мути, - резко поднялся на ноги Диксон. – Делать ему нефиг, вот и все. А что грохнул Шейна, правильно. А то оба бы с катушек съехали. Было бы из-за кого. Ты тут так и будешь сидеть?
– Да, позже на диван переберусь, ему уже лучше, но на всякий случай лучше побыть рядом, - вздохнула женщина, допивая последний глоток кофе и возвращая охотнику посуду. – Отнесешь?
– Угу, - взял он все и уже возле выхода, не обращая внимания на путавшуюся у ног кошку, оглянулся. – Может, тебе позже еще чая или кофе припереть? А то сидишь тут…
– Было бы неплохо, - кивнула Кэрол, улыбаясь уже закрытой двери.
Надо же, какая забота от угрюмого реднека. Кажется, его все же не настолько все вокруг раздражают, как он упорно это хочет показать. Правда, в последние дни всю свою нелюбовь к роду человеческому Диксон сосредоточил на новеньком Ное, постоянно тихо, но так чтобы святой отец слышал, вставляя свои издевательские комментарии. Особенно любил охотник задать какой-то совсем неглупый и очень непростой вопрос о вере, а потом с довольным видом задремать на диване в гостиной, слушая как парень, заикаясь и путаясь в цитатах, пытается объяснить «блудному сыну» всю истинность слова Божьего. Впрочем, Глена с Ти-Догом Диксон тоже не очень то и жаловал. Проще будет назвать тех, к кому он хорошо относится. Загибаем пальцы: Рыжая поганка - раз… И все. Улыбнувшись, женщина поправила одеяло на спящем Рике и, поведя уставшими за день плечами переместилась на диван, сама не замечая того, что погружается в сон.
Просыпаться было приятно: сквозь дремоту Кэрол ощущала сильные руки на своей талии, дыхание в затылок. Видимо, пришедший с обещанным чаем Дэрил не решился ее будить и… Просто подошел и обнял, устраивая ее поудобней, чем полусидя, на диване? Даже глаза открывать не хотелось, нарушая ощущение покоя, тем более что перед закрытыми глазами, не уходя, стояло его лицо, его смущенная и едва заметная улыбка, неловкие руки, в которых так нелепо смотрелось блюдце в цветочек и маленькая кофейная чашка. Какой-то резкий звук в доме прогнал остатки сна, и распахнувшая в полумраке глаза Кэрол кожей ощутила, что что-то не так. Ее обнимали не те руки, рядом сидел не тот человек.