Завтра мне предстоит игра сразу на нескольких уровнях. Физическом, эмоциональном и психологическом. Похоже на то, что я сознательно наступаю в капкан, и рядом не будет Шерлока и Джона, как на встрече с Мориарти. Кажется, я тяну карту не из той колоды. С другой стороны, в этом и заключается прелесть азарта.

Джон задал правильной вопрос. Я проигнорировала его в беседе, однако тет-а-тет с собой трудно избежать ответа. Определенно, мне страшно. Двадцать четыре – это не возраст для бесстрашия. Но нельзя позволять страху портить игру и лишать себя удовольствия. Я возьму эту ставку, как бы окружающие меня гении не старались присвоить ее себе.

========== Глава 42 Искушение ==========

– Кармен, ты… Я не понимаю. Тебе… не надо как-то подготовиться?

Сдержав чих, я, стоя одной ногой на подлокотнике кресла, поставила вторую на спинку и подтянулась на нее, держась левой рукой за угол шкафа, а правой проходясь влажной тряпкой по его поверхности. Удивительно, как быстро скапливается пыль. Я же убиралась только три дня назад, а тут снова целый слой.

– Не переживай, Джон, я уже готовлюсь, - пропыхтела я, чуть подаваясь вперед.

– Убираясь с десяти утра?
– с сомнением в голосе спросил Ватсон с дивана. Я слышала, как он расправил газету.

– Именно, - подтвердила я.

– Уборка помогает ей сосредоточиться и упорядочить мысли, - вступил в разговор Шерлок.

– Он прав, - пробормотала я, увлеченная своей миссией. Привстав на носок, я потянулась рукой дальше, стремясь достать до стены.

– Естественно.

– И как всегда скроме… аапчхи! – Чихнув, рефлекторно потянулась рукой ко рту, забыв, что держусь ей за шкаф.

Оступившись, я уже приготовилась к встрече с полом, сотрясением, больницей и обозленным Майкрофтом, когда меня перехватили под вскрик Ватсона «Кармен!». Открыв глаза, я увидела над собой ухмыляющегося Шерлока.

– Молчи.

– Я ничего не говорил.

– Ты громко подумал.

Посмотрев друг другу в глаза еще пару секунд, мы прыснули. Холмс поставил меня на ноги, и краем глаза я увидела улыбающегося Джона. Доктор всегда радовался, когда в Шерлоке, пусть и на краткий миг, просыпалось то, что я называла ОЧР (обычная человеческая реакция). Что ж, это хороший повод.

– Подожди… Ты бы не смог поймать меня, если бы не стоял рядом, - нахмурилась я.

– Ты же просила держать тебя, - как ни в чем не бывало, высказал Шерлок, чуть пожав плечами.

Черт возьми.

– Не припомню такого, - заметил Джон.

Зато я прекрасно помнила. Глядя на Шерлока широко раскрытыми глазами, я искала слова, но ни одного подходящего не находилось. Слишком плоские и тусклые, они не способны были описать того, что творилось со мной после этой его такой незначительной на вид, но безумно значимой для меня фразы.

Я бросила поиск достойной формулировки, шагнула вперед, обняла детектива за шею и показала действием. Уголок его рта изогнулся, глаза чуть потемнели, я отчетливо различила в них тот самый огонек особой охоты, конкретно на меня, прежде чем его губы встретили мои.

Без пяти восемь машина мистера Британского правительства остановилась у тротуара напротив отеля. Переведя на него взгляд, я выжидающе приподняла бровь, поскольку всю дорогу мы провели в молчании.

Мне нельзя было раздражаться перед игрой, это сбило бы настрой. Так что, когда я проигнорировала несколько вежливых и холодных вопросов Майкрофта «ни о чем», он с некоторой долей облегчения замолчал, довольный, что не придется тратить на меня, глупую, слова. Его высокомерие ощущалось даже в тишине.

– Вот ваше приглашение на игру, мисс Виллоу. – Он протянул мне белый конверт без надписей или каких-либо опознавательных знаков. Внутри чувствовалась плотная бумага. Должно быть, карточка с каким-нибудь пафосным утверждением, вытисненным золотом. Тип людей, к которым, по моему мнению, принадлежал Винсент Райли, любил такие мелочи. – При выигрыше, вам следует спросить: «Сколько ветвей у платана»?

– Хорошо.

Я даже не моргнула, что весьма удивило Майкрофта, судя по тому, как он впился в меня взглядом. Ждал реакцию. Теряет время.

Шулеры не проявляют любопытства, когда игра уже началась. Это губительно. Нужно не хотеть узнать, что у противника, а уже это знать. Не интересоваться в собственной правоте, а быть в ней убежденным. Две огромные разницы. Одна ведет к проигрышу, другая к победе.

– Что-то еще.

Я не спрашивала, просто знала, что у него ко мне есть еще какое-то обращение.

– Полагаю, мне нет нужды напоминать, что от вашего успеха или неудачи зависит, случится перестановка в мировом порядке, или нет? – осклабился Майкрофт.