«Что, черт возьми, это было?»

Он медленно опускал мое тело вниз, при этом глядя мне в глаза. Я не могла нормально дышать. Из-за того, как он смотрел на меня, по моей коже пробежали мурашки.

— Эм… спасибо, хмм… Лейтон, — я смотрела куда угодно, только не на него.

Когда я взглянула на него, он улыбнулся своей убийственной улыбкой.

Господи Боже. Я могла бы упасть на колени перед ним.

А потом он ухмыльнулся.

«Ублюдок знал, что оказывает влияние на меня. Вот придурок! Он делал это нарочно».

— Райан, почему бы тебе не отвезти Крикет в сарай и не расседлать его? Я поговорю с твоим отцом насчет тебя, чтобы ты помогал нам с Митчем этим летом. Я провожу мисс…

Я посмотрела на маленького мальчика, который улыбался от уха до уха, и хмыкнула.

— Рейнольдс.

— Рейнольдс. Я провожу мисс Рейнольдс в дом, чтобы она смогла вызвать эвакуатор. Потом, я отвезу ее до дома миссис Пирсон, — Лейтон взял у Райана мою сумочку и ноутбук и протянул их мне.

— Хорошо, мистер Лейтон. Я позабочусь о ней. Я имею в виду лошадь.

Лейтон неожиданно повернул голову и посмотрел на Райана, затем запрокинул голову и рассмеялся.

— Райан, а ты будущий сердцеед.

Райан взял поводья и направился в сарай. Лейтон кивнул в сторону дома. Мы шли бок о бок, пока не подошли к задней части здания. Чем ближе мы подходили, тем огромней становился дом.

— Иисус… этот дом огромен. Здесь живешь только ты?

Он издал смешок и поднялся на заднее крыльцо. Когда мы зашли в дом, то попали сразу в столовую. Здесь ничего не было кроме окна, которое открывало прекрасный вид на горы Техаса. Затем мы переместились в кухню, и я чуть не захныкала. Я думала, что у моих родителей была красивая кухня. Но эта была словно с обложки журнала.

— Святое дерьмо. Я могла бы испытать оргазм только оттого, что стою на этой кухне.

Я подошла и провела рукой по гранитному кухонному островку. Когда я посмотрела на Лейтона, он снял свою ковбойскую шляпу, я увидела спутанные каштановые волосы.

Святое дерьмо.

У него были просто охренительные волосы, о которых всё время говорила Корт.

«Будь хладнокровной, Уитли. Будь. Хладнокровной».

Лейтон усмехнулся.

— Ну, я никогда не слышал, чтобы кто-то так говорил о моей кухне.

— Ты должен устроить здесь вечеринку! Я имею в виду, это лишь кухня, и я не могу себе представить, как выглядит остальной дом.

Его улыбка увяла, и он отошел от меня.

«Дерьмо. Что я сказала?»

Я последовала за ним мимо кладовки в потрясающую гостиную. За всю свою жизнь я никогда не видела, настолько большой гостиной. В ней были окна от пола до потолка, открывающих вид на сельские холмы.

Потом я заметила их. Я медленно обернулась и не увидела ничего, кроме мертвых животных на стенах. Огромный лось висел над камином, уставившись на меня.

Олень… Индейка…

«О. Мой. Бог. Это что, лиса?»

— У тебя есть лиса. Мертвая лиса на твоей стене.

Лейтон ухмыльнулся.

— Да, мэм. Я люблю охотиться.

Я резко развернулась и посмотрела на него.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты хотя бы ешь это мясо. Надеюсь, ты, по крайней мере, не один из тех мужчин, которые любят охотиться только ради убийства

— Я умею делать лучшую тушеную оленину в округе. Хочешь как-нибудь попробовать?

— Иуу, это отвратительно. Нет, спасибо!

В этот момент два лабрадора подбежали к нам. Один был черного цвета, другой коричневого.

Ох. Я люблю лабрадоров! Я наклонилась и была атакована влажными поцелуями обеих собак.

— Ладно, оставьте ее. Будки.

И лабрадоры побежали в другую комнату.

Я бросила на парня вопросительный взгляд.

— Будки?

— Да, мне достаточно сказать это, и они отправятся в свои будки.

«Проклятие. Мысль о нем, дрессирующем собак, так возбуждала».

Я достала свой мобильный телефон. Дерьмо. До сих пор нет сигнала!

— Хм… у меня всё еще нет сигнала. У тебя есть стационарный телефон, которым я бы могла воспользоваться?

Лейтон подошел и взял телефон. Еще он вытащил книгу и пролистал несколько страниц, прежде чем набрать номер.

— Джек, привет, это — Лейтон Моррис.

Моррис. Что-то в его фамилии было чертовски сексуальным. Боже мой… что, черт возьми, со мной происходит?

«Остановись, Уитли. Ты покончила с мужчинами навсегда. Они — не что иное, как злые ублюдки, которые только и хотят взять от тебя всё, а потом бросить опустошенной и одинокой».