«Хорошо обучены», — мысленно сказала я Этану, надеясь, что ему со своим противником повезло больше, но боясь отвести взгляд от своего.

Вампир не обратил внимания на рану, перехватил свою катану и поднял ее над головой в совершенно показном нисходящем ударе. Я подняла свой кинжал к его, используя наши соединенные лезвия в качестве точки вращения, и крутанулась в сторону. Катана поразила только воздух.

— Промазал, — сказала я, и мне не следовало искушать судьбу. Он ударил снова, и хотя я резко крутанулась, его меткость была достаточно хороша, так что кончик лезвия зацепил мое предплечье, выжигая там след боли.

Я задохнулась, когда запах крови — моей, и не добровольно пролитой — наполнил воздух.

— Ой, — произнесла я, и когда он остановился посмотреть, ударила его локтем в ухо.

— Ты порезал меня, задница ты такая! — заявила я и потянулась к маске. Пришло время нашему таинственному другу вампиру раскрыть свою личность.

Он увернулся от моей руки, но ответил своей собственной, хватаясь за тюль на моем плече, но ткань порвалась в его руке, лиф был опасно близок к тому, чтобы свалиться, но все таки остался на месте. Это был один из редких случаев, когда я была рада, что не особо полногрудая; если бы это произошло с девушками, у которых она побольше, разорванный лиф устроил бы настоящее шоу.

Пульсация магии заполнила воздух — и в ней было что-то знакомое. Воспоминание исчезло, когда я попыталась за него ухватиться, наподобие исчезающей звезды, когда ты пытаешься взглядеться пристальнее. Это было удручающе недоступно, но достаточно близко, чтобы блефовать.

— Я тебя знаю, — сказала я.

Он замер, всего на мгновение, и этого времени для меня было достаточно. Я отшвырнула его руку, разрывая хватку и направляя меч в воздух. Я развернулась, схватила его и повернулась, чтобы нацелить кончик на пульс на его горле. Его глаза переместились с кончика меча на меня и обратно, пока он обдумывал, что можно сделать.

— Даже не думай об этом, — предупредила я его.

Он поднял руки вверх с явным огорчением.

Тяжело дыша, я взглянула на Этана, прядь волос упала мне на лицо, тюль болтается вокруг одного плеча, юбка разорвана до бедра и меч моего противника у меня в руках.

Этан стоял над своим вампиром, катана вампира у него в руке, наклонена вниз и чуть выше горла вампира. Его волосы развязались, рассыпав золото вокруг его королевского лица, его смокинг нетронут за исключением разреза на левой руке. Я постепенно расслабилась; он был цел.

Этан оценил мое полураздетое состояние, и его глаза загорелись огнем… по крайней мере, пока он не отметил плачевное состояние платья.

«Ты испортила очередной наряд».

«Технически», — поправила я, — «этот мудак заставил меня испортить платье».

На свою беду я заработала приподнятую бровь, но поскольку он не потерял свой блеск возбуждения, я решила, что он вовсе и не был так раздражен. Это была его вина, что он запихнул меня в дорогое платье.

Мужчины и женщины в своих платьях и нарядах кинулись к Кингу, чтобы предложить помощь.

На самом деле он не был частью схватки, но он определенно выглядел потрепанным. Его лицо было красным и опухшим, его воротник был расстегнут, грудь вздымалась, чтобы вдохнуть воздуха.

Сэнфорд отмахнулся от некоторых мужчин и женщин вокруг него и ослабил галстук.

— Дайте вздохнуть, ради Христа.

Он посмотрел на Этана, затем на меня.

— Вы спасли мне жизнь.

— Мы поступили так, как поступил бы каждый, — ответил Этан, изобличая людей, которые тратили время на то, чтобы снять схватку, но не предложили помочь, и, вероятно, поэтому могли продать видео тому, кто больше заплатит.

Эдриен Рид прошагал вниз по лестнице, излучая ярость своим лицом, его взгляд был направлен на нас, затем переместился на мужчин на полу.

Рид наклонился и сорвал маску с вампира, поверженного Этаном. Он был бледным, с такими светлыми волосами, что они были почти белые, и водянисто голубыми глазами. Я его не узнала, и судя по ничего не выражающему луцу Этана, он тоже.

Рид посмотрел на нас. Когда мы помотали головами, он подошел ко второму вампиру и сорвал маску, открывая знакомые вьющиеся светлые волосы.

Вот дерьмо, — была моя первая мысль.

Зачем? — была вторая.

Как я и подозревала во время схватки, я его знала. Это был Уилл. Капитан охраны Дома Наварры.

***

Я видела мужчин в гневе и раньше. Могущественных мужчин, сверхъестественных мужчин, гнев которых, казалось, бушевал как огонь.

Я никогда не видела мужчины, чей гнев был таким же холодным как у Эдриена Рида.

Вампиры сидели на полу в кабинете Рида под прицелом кончиков наших клинков и стволов пистолетов, которые держало большое количество телохранителей Рида.