Этан взял бутылку крови и предложил мне. Когда я ее взяла, но вместо изысканно выложенных слоями пирожных потянулась к богатому протеином злаковому батончику, он посмотрел на меня с сомнением.

— Ты ударилась головой?

— Ха-ха, — произнесла я и открыла батончик, когда почувствовала, что голод проснулся со свирепостью голодной пантеры. — Нет времени на балование вкусовых рецепторов, — сказала я, надкусив батончик. И слава Богу, поскольку батончик имел очень неприятный вкус этакого m'enage `a trois [35] солода, мела и времени. — Нужно подпитаться.

— Считай, что я горд, — произнес Этан и открыв бутылку крови, сделал глоток. — Если все готовы, нам, вероятно, следует начать.

Мы посмотрели на Моргана, который стоял в другом конце комнаты возле книжных полок, которые уже были отремонтированы, перемещенное содержимое аккуратно расставили.

— Мои люди? — спросил он.

— Они в новой полностью затемненной тюрьме, — ответил мой дедушка.

Морган кивнул.

— Давайте присядем, — предложил Этан, и мы последовали за ним в зону отдыха и расселись. Все, кроме Моргана, который так и не сдвинулся со своего места на том конце комнаты. Совсем не редкая для него позиция — отделиться от всех нас.

— Что случилось, Морган? — спросил Этан.

Морган подошел к тележке, взял бутылку воды и открыл ее. Но пока шел к зоне отдыха, он закрутил крышку и поставил ее рядом с креслом, в которое опустился.

— Они не разыгрывали из себя линчевателей. Они пытались защитить Дом.

— От чего? — спросил Этан.

Морган закрыл глаза и потер руками лицо. Он выглядел таким молодым, и таким усталым. Он был, — подумала я, — жертвой времени и обстоятельств, по которым ему передали контроль над Домом — управление Домом — прежде чем он был готов.

С другой стороны, он имел все возможности добиться успеха и мог попросить нас о помощи. Полагаю, это означает, что вина пала на него.

— Лучше я начну с самого начала. Ну, не лучше, — проговорил Морган. — Но вам нужна полная история.

Уже во второй раз за много ночей Этан кивком попросил его продолжать.

— Тогда расскажи нам ее.

— Все дело в деньгах, — сказал Морган. — В чертовых деньгах. — Он нервно откашлялся, словно человек, собирающийся исповедоваться.

— У Селины был очень хороший вкус. Ее расходы не соответствовали ее активам, даже пособию, которое она получала от ГС. Она активно занимала деньги, чтобы оплачивать свой стиль жизни, свои вкусы, свою тягу к роскошным вещам. Одежда. Предметы искусства. Еда. Вечеринки. Все должно было быть грандиозным. Все должно было быть идеальным.

— Занимала у кого?

Морган отвел взгляд и уставился на противоположную стену.

— У Круга.

Этан с Маликом переглянулись, а мой дедушка тяжело вздохнул. Я не узнала это название. Это была не сверхъестественная группировка; если бы это было так, про нее было бы написано в Каноне.

— Что еще за Круг? — спросила я.

— Преступная группировка, — ответил мой дедушка. — Базируются в Чикаго, хотя у них имеются корни во всем мире.

— Ты говоришь о мафии? — спросила я.

— Лишь в страшных снах мафии, — сказал Катчер. — Более крупный, больше капитала, больше связей. И при всем при этом, гораздо более скрытный.

Этан посмотрел на меня.

— Ты помнишь убийства в Лэйквью год или два тому назад? Члена городского совета и ее семьи?

Я покопалась в памяти и вспомнила черно-белую фотографию, крошечное тельце на квадрате травы, который являлся передним двором.

— Они убили ее, ее мужа и ее детей.

Малик кивнул.

— Потому что она не помогла Кругу протолкнуть что-то через Комиссию по районированию. По всей видимости, она задолжала им и не вернула долг.

Это совсем не разрядило обстановку в комнате.

— Вот так работает Круг, — сказал Этан, затем снова взглянул на Моргана. — Какое отношении к ним имеет произошедшее сегодня?

Морган нервно почесал джинсы на колене.

— Долговые расписки Селины накапливаются, поскольку мы смогли погасить только проценты, а они высокие. Высокий акулий заем [36] .

— И они требуют выплаты, — сказал мой дедушка.

Морган кивнул и поерзал на своем месте, явно испытывая неудобство.

— Круг пришел ко мне с предложением — мы убиваем Кинга, Круг списывает часть долга Дома.

— А если бы ты не согласился? — спросил Этан.

— Они бы начали забирать активы Дома. И убивать вампиров Наварры.

В комнате наступила тяжелая тишина.

— Матерь Божья, — тихо пробормотал Этан, вероятно настолько же пораженный предложением, насколько и тем фактом, что Наварра в безвыходном положении — а мы только сейчас об этом услышали.

— Почему ты не пришел к нам? — спросил он, едва прикрывая разочарование.