Шрифт:
Поэтому даже во мне возник страх от твоего поведения. Потому что:
Злодеям знаю я цену и им не стану доверять: | Как ни прислуживай змее, всегда готова укусить. (398)И еще:
Пусть служит топливом сандал — не перестанет жечь огонь. | Пусть родом славится злодей — злодеем он останется. (399)И такова ведь природа негодяев. Сказано ведь:
Осуждать хотят всех других они И свои качества восхваляют лишь. | Ведь судьба сама предназначила, Чтоб служил разум их на погибель всем. (400) viyo Воистину алмазу Подобен тот язык, который | На сто частей не разорвется, Когда клевещет злобно на других. (401) ar Пусть зла избегнет тот герой, Который счастлив услыхать о радостях других, | И чей язык всегда приучен Молчать о недостатках ближних. (402) arПоэтому, во всяком случае, вступать в общение следует, произведя испытание. Сказано ведь:
Стремись к тому, кто мудр и прям; Кто и умен и лжив — с тем будь настороже; | Кто глуп и честен — тех жалей; И избегай глупцов коварных. (403) arТы ведь стремишься теперь не только к гибели собственного рода, но также и к гибели господина. Для тебя, доведшего господина до такого положения, другое существо — все равно, что сухая трава. Сказано ведь:
Где может маленькая мышь сожрать весы железные, | Там сокол унесет слона, а мальчика — тем более». (404)Даманака спросил: «Как это?» Тот рассказал:
Рассказ двадцать восьмой
«Жил в одном городе купец по имени Надука [222] . Истратив свое состояние, он задумал отправиться в другую страну. Ведь:
Кто, все богатства потеряв, желает в том же месте жить, | Где прежде он в довольстве жил, — тот самый низкий из людей. (405)222
А также:
Кто жить остался бедняком там, где он долго перед тем | В веселье время проводил, — тот всеми порицается. (406)А дома у него были весы, сделанные из тысячи пал [223] железа, доставшиеся ему в наследство от предков. И, отдав их на хранение начальнику купцов Лакшмане [224] , он отправился в другую страну. Долго бродил он по собственному желанию в других странах и, снова вернувшись в свой город, обратился к тому начальнику купцов: «О Лакшмана! Верни мне весы, отданные на хранение». Тогда Лакшмана ответил: «О Надука! Твои весы съели мыши». Услышав это, Надука сказал: «Не виноват ты, Лакшмана, в том, что их съели мыши. Таков ведь круговорот этой жизни. Ничто здесь не вечно. Однако я пойду к реке совершить омовение. Так пошли со мной своего сына по имени Дханадева [225] , чтобы он понес принадлежности для омовения». А этот Лакшмана, обеспокоенный своим мошенничеством, сказал сыну Дханадеве: «Дитя! Этот Надука, брат твоего отца, пойдет к реке совершить омовение. Иди же вместе с ним, захватив принадлежности для омовения». Да! Хорошо ведь говорится:
223
224
225
А также:
Где без особенных причин забота проявляется, | Там надо быть настороже, чтоб избежать опасности. (408)И вот обрадованный сын Лакшманы пошел вместе с Надукой к реке, захватив принадлежности для омовения. А Надука, омывшись в реке, посадил сына Лакшманы Дханадеву в горную пещеру, загородил вход в нее большим камнем и вернулся в дом Лакшманы. Тогда Лакшмаиа спросил его: «О Надука! Скажи, где остался сын мой Дханадева, который ушел с тобой?» Надука ответил: «О Лакшмана! Сокол унес его с берега реки». Лакшмана сказал: «О лживый Надука! Как мог сокол унести Дханадеву, который велик телом?» Надука сказал: «О Лакшмана! Неужели мыши съели весы из железа? Так верни мне весы, если тебе нужен сын». Так, споря, оба они подошли к воротам дворца. Там Лакшмана громким голосом произнес: «Увы! Несправедливость, несправедливость совершается! Этот Надука похитил у меня сына Дханадеву». Тогда судьи сказали Надуке. «Эй, верни сына Лакшманы». Надука ответил: «Что мне делать? На моих глазах сокол унес его с берега реки». Они сказали: «О Надука! Неправду ты говоришь. Как может сокол похитить пятнадцатилетнего мальчика?» Тогда Надука сказал, смеясь: «О, послушайте мои слова:
Где может маленькая мышь сожрать весы железные, | Там сокол унесет слона, а мальчика — тем более», (409)Те спросили: «Как это?» И Надука рассказал им историю с весами. Услышав ее, они со смехом вернули одному весы, а другому — мальчика.
Поэтому я и говорю: «Где может маленькая мышь...». И Каратака снова сказал: «Глупец! Ты сделал это, не будучи в силах выносить милости Пингалаки к Сандживаке. Потому что хорошо ведь говорится:
Всегда готов ругать незнатный человек || того, кто славен родом, Мошенник — честных всех, несчастливый в любви — || любовников счастливых. | Ругает храбрых трус, красивого — урод, || корыстолюбец — щедрых, Страдающий от бед — удачливых людей, || и глупый — просвещенных. (410) carduТакже:
Дурак не любит умного, бедняк — обогащенного, | Порочный — благонравного, распутница — стыдливую. (411)