И также:

Поэтому министр никогда не должен советовать господину вступать в битву. Сказано ведь:

И поэтому:

И также:

И кроме того, господин должен по отдельности расспрашивать министров. Когда же они спрошены, пусть он сам обдумает все, сказанное ими: кто сказал полезное для него, кто — бесполезное, и что лучше. Ведь часто заблуждается наш разум, и вещи представляются нам иными, чем в действительности. Сказано ведь:

И еще:

Итак, господин не должен внимать речам слуги, отступившегося от мудрости, по той причине, что ради достижения своей цели коварные слуги с помощью разнообразных речей представляют господину события иными, чем они есть на деле. Вот почему господин должен браться за дело, поразмыслив о нем. Сказано ведь:

Пусть поэтому рассудок господина не затмевается чужими речами. И при всех обстоятельствах господину следует хорошо поразмыслить о разнице между людьми, подумать о том, что полезно и что бесполезно, о вопросах и ответах, об изменчивости времени и, сохраняя здравый рассудок, самому всегда браться за всевозможные дела».

И здесь окончена первая книга под названием «Разъединение друзей», первый стих которой гласит:

Достойно!

Здесь начинается вторая книга под названием «Приобретение друзей». Вот ее первый стих:

Царевичи спросили: «Как это?» Вишнушарман рассказал:

«Есть в южной стране город под названием Прамадаропья [235] . Недалеко от него стояло баньяновое дерево, очень высокое, с большим стволом и ветвями, дававшее всем приют. Сказано ведь:

И жил там ворон по имени Лагхупатанака [236] . Как-то утром он отправился в город за едой и увидел, как к дереву подошел один охотник, живший в том городе и вышедший на ловлю птиц. Страшный на вид, с исцарапанными руками и ногами, крепкими икрами, очень грубой кожей на теле, глазами, налитыми кровью, высоко подвязанными волосами, сопровождаемый собаками и с сетью и дубинкой в руках, он был — к чему много слов? — точно второй Кала [237] с петлей в руке, точно воплощение греха, точно средоточие несправедливости, точно наставник во всех дурных делах, точно друг смерти. И видя его, ворон подумал с обеспокоенным сердцем: «Что задумал этот злодей? Мне ли грозит бедой или у него какое-нибудь другое намерение?» Так, полный любопытства, он полетел за ним по пятам и остановился. А охотник расставил там в одном месте сеть, рассыпал зерна и спрятался неподалеку. И тогда находившиеся там птицы, удержанные предостерегающей речью Лагхупатанаки, сочли эти рисовые зерна за смертельный яд и остались на своих местах.

Между тем бродящий в поисках пищи царь голубей по имени Читрагрива [238] , окруженный сотнями голубей, уже издали увидел эти рисовые зерна. Тогда, несмотря на предостережения Лагхупатанаки, он из-за своего ненасытного языка опустился на ту большую сеть, чтобы съесть их, и едва успел спуститься, как тут же вместе со спутниками попал в западню. Так ведь и случается при неблагоприятной судьбе. Нет за ним никакой вины. Сказано ведь;