– Не верится что-то, - с сомнением покачал головой Росс, ныряя в палатку и задергивая вход. Послышалось шуршание одежды.

Я решительно встала, когда взгляд Джесс стал умоляющим.

– Успокойся, Майк, - попросила я. – Никто еще никуда не уходит. Мы можем подождать, когда сведения о шторме станут точными. Если что, уйдем в последний момент.

Майк растерянно смотрел на меня.

– Нужно собрать все заранее, - раздался голос Росса из палатки. – Если бросим оборудование здесь, оно пропадет. Зальет водой, и мы не успеем спуститься за ним перед отъездом.

– Да черт с ним, с оборудованием! – вскричал Майк раздраженно. – Меня оно не волнует! Важнее другое!

– Как скажешь, Майк, - Росс вышел из палатки, переодетый в обычную рубашку с коротким рукавом и потрепанные джинсы. – Если ты так ставишь вопрос, то мне плевать. Сидим до последнего.

– Да! – лицо Майка сразу же повеселело.

И мы снова погружались. И снова. И снова.

Затрудняло то, что баллоны приходилось доставлять с поверхности, а это занимало время. В ожидании глубоководных смесей мы обследовали небольшие боковые ходы. Погружение не более чем на десять метров на обычном кислороде – чистая ерунда.

Сообщения о шторме не поступали. Джастин и Хэнк на пальцах и ломаном английском объяснили нам, что в запасе у нас есть еще два-три дня, и мы радовались каждому отвоеванному часу, словно дети. Нам не хотелось уезжать.

Это случилось, когда Майк и Джессика были под водой. Они уже достигли самого дна, снова обследуя последнюю полость, волнующую нас больше всего, когда ожил динамик возле палатки.

– Я посмотрю, - предложила я, оставив Росса перед компьютером. Камера передавала картинку на монитор, и мы могли видеть, как плывут Джессика и Майк, сами находясь здесь, наверху. Точно так же через компьютер Росс управлял ребризером.

– Да? – спросила я, нажав на кнопку. Связь была односторонняя.

Крики на непонятном языке перекрывались странным шумом, который я не могла расшифровать. Что это за помехи?

– Что случилось? – кажется, я узнала голос Джастина, но никак не могла взять в толк, о чем он кричит. Не было ни единого членораздельного слова.

Росс покосился на меня настороженно, но снова вперился в экран, чтобы не упустить ребризер.

– Джастин, помедленнее, - прокричала я. Связь стала пропадать. Шум, который напоминал помехи, вдруг показался мне знакомым… как стук капель по крыше во время дождя… О, Боже…

– Росс! – я, расширив глаза, уставилась на него, а он на меня.

Из динамика снова раздался голос Джастина, который вроде как кричал, что спускается за нами… Или это он кричал нам подниматься? Было сложно разобрать его английский, да и постоянный шум мешал. Этот шум был такой силы, что Джастину приходилось фактически орать. Где уж тут разберешь, что именно он говорит?

А затем связь с поверхностью прервалась, динамик выглядел мертвым.

– Я что-то вижу, - раздался спокойный и полный надежды голос Джессики с монитора компьютера, которая не могла слышать того, что происходит здесь.

Они так далеко… Чтобы подняться на поверхность, им потребуется не меньше часа, вместе с декомпрессией, которую невозможно отменить.

–  Дождь! – выдохнула я в ужасе, осознав, в какое затруднительное положение мы УЖЕ попали. – Ураган!

– Майк, Джесс, возвращайтесь, - собрано приказал Росс, поворачиваясь в монитор. Только его лицо отображало волнение. Он знал, что не стоит пугать дайвера, находящегося под водой.

– Что?! – не понял Майк, его голос зазвучал возмущенно. – Мы только доплыли, Росс! Ты чего?

– Только что передали – начался ураган, - объяснил Росс. – Поворачивайте немедленно. Не то станет поздно.

По лицу Росса стало понятно, что уже может быть поздно…