– У меня много вопросов, - немедленно заявила я, заполняя паузу словами. Я уже не могла игнорировать странности, которыми был окружен этот человек. Мне нужны ответы, и поскорее, пока я не посчитала, что сошла с ума. К тому же, мне требовался повод, чтобы отвлечь себя от неприличных фантазий.

Эдвард замер. На одну секунду повисла острая тишина.

– Не сомневаюсь, - наконец, ответил он довольно резко.

– Тон твоего голоса заставляет меня сомневаться, что ты ответишь на них, - поджала я губы.

– Нет, не отвечу, - согласился он, отчего мое любопытство вспыхнуло буквально как пламя лесного пожара – быстро и неуемно.

– Но почему? Ты ведь даже не знаешь, о чем я хочу тебя спросить.

– Знаю, - тихо ответил он, и мои брови удивленно взлетели наверх. Я ждала. Но он не ответил. Я фыркнула на это.

– Да кто ты такой? – возмутилась я, вдруг почувствовав себя обиженной. Он появляется неизвестно откуда, ведет себя странно, спасает меня из безнадежного положения. Затем не дышит под водой, и может обходиться без гидрокостюма, когда его кожа холодна, словно он уже давно мертв и окоченел! И при этом не хочет ответить ни на один вопрос?!

– Белла… - прошептал он так, что вдоль кожи моей спины разбежались мурашки. Не только и не столько от его голоса, сколько от его слов: - Когда мы выберемся, я буду казаться тебе просто сном – тем, чего не было в реальности, игрой воображения. Это будет так, как будто меня никогда и не существовало. Сейчас ты должна думать о том, чтобы спастись. Я просто хочу помочь тебе. Я бы избежал этого, но одна ты бы не справилась… у меня не было выхода… - к концу предложения его голос стал совсем потерянным.

– О… - выдохнула я, чувствуя, как сжимаются мои кишки, а кровь бросается в лицо.

Я резко обернулась и протянула руку в темноту.

– Дай мне фонарь, – потребовала я непреклонно. Хватит говорить загадками. Хватит пугать меня, в конце концов!

Он вложил фонарь в мою руку молча, и я сразу же включила его, освещая бледное лицо. Я подползла вперед, внимательно разглядывая каждую его черту. Выражение его лица было затравленным, а глаза смотрели с необъяснимой болью.

– Сядь, - попросила я его твердым голосом. Эдвард не двигался, замерев посреди пещеры. Его глаза вспыхнули настороженностью. Он не собирался подчиняться.

– Сядь! – сказала я громче и рассерженней, а потом вздохнула: - Пожалуйста…

Немного помедлив, Эдвард нехотя опустился передо мной и вытянул ноги вперед, прислонившись к стене спиной.

Гидрокостюм скрывал от меня его великолепный торс, но даже так его фигура напоминала фигуру Адониса. Красивый и молодой. Прекрасный изгиб тонких губ, широкие скулы. Благородный нос. Его глаза все-таки оказались черными, а не золотыми, но в них не было ненависти, как я и думала. Скорее, там была вековая печаль, какая-то безысходность. Его волосы высохли и отливали бронзой, свешиваясь на лоб. Он был очень красивым, с ослепительной, феноменальной внешностью фотомодели. Прям как в моем сне…

– Хочешь сказать, что ты не реальный, - резюмировала я, удивляясь тому, как нелепо это звучит.

– Да, - ответил он так тихо, что я едва расслышала. – Это так.

Он отвернулся от меня. Я не могла допустить этого. Придвинувшись еще ближе, я подняла руку, чтобы дотронуться до его лица. Он попытался уклониться, испуганно вздрогнув, но я не позволила ему сбежать, быстро оседлав сверху. Несмотря на двусмысленность позы, мысли мои сейчас занимало совершенно другое. Тайна.

– Ты реальный, - указала я, трогая пальцами его странную холодную кожу, и Эдвард поморщился, отворачиваясь от меня.

Все его тело напряглось, как струна. Он явно хотел бы избежать контакта, об этом говорило все – его поза, выражение его лица. Но мне надоели его загадки.

– Ты или пытаешься запугать меня, намеренно, – медленно проговорила я, и Эдвард бросил на меня вымученный взгляд. Его рука поднялась, успокаивающе коснувшись моего плеча.

– Я не хочу пугать тебя, - ответил он шепотом, очень взволнованно.

– Или, - продолжала я, отчаянно игнорируя ощущения, которые вызывает во мне его прикосновение, - ты тот, о ком я думаю, хотя я в это не верю… ну, или верю… - мое сердце бурно и очень быстро стучало в груди.

На этот раз Эдвард выглядел обескураженным, будто не понимал, о чем я. Но разве не он первый начал этот разговор? Или я чего-то не поняла, и у меня правда галлюцинации? Я тряхнула головой, чтобы отогнать сомнения в своем здравии.