Дротик попал хорошо, чисто. Да только благодаря силе броска. Так бы, вложи я в свое движение чуть меньше силы, острие скользнуло бы по боку, и даже если и воткнулось бы, то не глубоко и не опасно…

Мертвая мелкая голова глухаря болталась, как узел на веревке, билась о землю. Мальчишки пыхтели, быстрее уволакивая дичь от опасного места. Стрелы шестого сломались сразу, алая кровь толчками лилась на утоптанную траву.

— Готов! — Шестой вынул из-за спины следующую стрелу. — Молодец, пришлый!

Его слова меня отрезвили окончательно.

Я поспешно схватился за второй дротик, изготовил его к броску, и вовремя. Второй такой же глухарь, даже больше, мчался на шестого охотника, растопырив крылья и раскрыв пасть… Пасть? Да ведь в клюве этой птички виднелись вполне развитые зубы, настоящие, изогнутые. И на концах крыльев тоже не перышки, а костяные крючки. Острые и явно не для того, чтобы было удобнее сохранять равновесие в полете.

Птеродактиль какой-то.

Стрелы, которые выпустил шестой, прошли мимо. Всего две, много стрел шестой израсходовал на ту, первую тварь, а остальные в колчане, сразу не достать… Одна стрела все же застряла в крыле, но бесцельно сломалась и упала, а тварь продолжала сокращать расстояние. Все меньше, и меньше, и меньше…

На этот раз я уже приноровился, куда надо бросать, и дротик влепился твари в то место, где шея переходит в грудь. Пробил хорошо, насквозь. Глухарь сразу же стал мясом, суматошно забил крыльями, и рухнул. Те же самые мальчишки рванулись к нему, действуя уже по знакомой мне схеме. Один пригвоздил копьецом, потом вдвоем зацепили сетью и отволокли подальше.

— Дядь… — Мне в локоть кто-то ткнулся.

С большим трудом я удержался от того, чтобы не заорать в голос и не двинуть назад локтем. Обернулся.

Тот самый мальчишка, который бил глухарей копьем, протягивал мне мой первый дротик.

— Возьми. Здорово ты его! Еле вырезал!

— Хорошо, что я его, а не он меня. — Буркнул я. — Благодарю, парень.

Кровь глухаря не залила весь дротик, но на всякий случай я обтер его куском травы. Второй дротик мне передали чуть позже.

— Что это за твари? — Спросил я у тяжело дышащего шестого. — Это что, глухари к осени всегда тут такие?

— Обычные. — Пожал плечами тот. Из лесу пока что никто не лез, хотя загонщики шумели по прежнему. — Самцы. Самок бить одно удовольствие, а вот самцов бить тяжело… Лишь бы кабана не вспугнули, сохрани нас Хайст… — Добавил шестой немного невпопад.

Я пожал плечами. Что еще сказать? Я полностью согласен, от кабанов лучше подальше держаться. Они своей дорогой, мы своей…

Шестой меж тем доставал из колчана стрелы и быстро втыкал их перед собой.

Продолжается…

Из леса лезли какие-то мелкие твари, наподобие сурков. Двигались они быстро, неслись как ополоумевшие, но охотники в цепи их не трогали. За нашими спинами ими занимались мальчишки.

Я ради интереса подколол пару этих шустриков. От удара они увертывались плохо.

Шестой Охотник поморщился, глядя на мои упражнения, но промолчал. А мальчишки так же без комментариев утащили добычу к нам за спину.

Крики раздались откуда-то слева. Громкий протестующий шелест разламываемых веток — и из лесу выскочил кабан.

Первой моей мыслью было — «Доигрались!»

Правда, какой-то неубедительный кабан, тощий какой-то, непонятный. К тому же явно испуганный, и двигался он очень медленно. До той зверюги, которую я увидел впервые, этот не дотягивал ровно вполовину.

Скорее уж, как подсвинок, которого приколол Светлый. Ростом-то велик, да голодал долго, видно.

Кабана мгновенно утыкали стрелами, а когда он рванулся, здоровенный мужик средних лет, кажется, его звали Третий Охотник, выставил вперед копье, и ловко наколол летящую тушу. В самый центр груди, четко и как-то обыденно. Раз — и кабан уже наколот как шашлык на шампур. Дикий рев едва не снес всю нашу цепь. Второе копье воткнулось кабану под ребра, потом еще одно — с другой стороны. Охотники действовали быстро и слажено. Хищно взметнулись в воздух тяжелые топоры, с хеканьем и мокрым чавканьем опустились… Кабан даже напоследок зареветь не успел, как ему уже перерубили загривок до позвоночника.

Все быстро и слаженно. Ну конечно же, такие случаи у них не в первый раз происходят, тут и гадать нечего. Кто опыта не набрался, тот давно покойник.

Тушу назад оттаскивали не только мальчишки, но еще и взрослые.

Второго кабана завалили еще проще, с одного копья его взял Третий, и Топорище привычно уже перерубил затылок. Выдернул топор, оглянулся. Нашел меня в цепи, и помахал рукой, приветствуя.

Я помахал в ответ.

Прошло около часа, не больше. Я ощущал, что все уже расслабились, успокоились. Глухари перестали вылетать, только птичьи стаи носились у нас над головами, как будто затевали воздушный бой.