Все путешественники делали то же самое. Корабль, казалось, доставлял сюда гарнизон игривых бабочек, которые удалялись от него, останавливаясь то там, то здесь, в зеленой степи под темно-голубым небом.

Несмотря на незначительные усилия, которые требовали эти игры, они очень быстро прекратились, потому что разреженный воздух вызывал одышку. Путешественники утихомиривались, садились на берегу ручьев или шагали к горизонту, который всегда казался таким близким, что его можно достичь буквально за одну минуту, и который убегал от них, как и всюду любой уважающий себя горизонт. Но его близость и видимая изогнутость наводили прогуливающихся на размышления о размерах Земли: они никогда не испытывали одновременно возбуждающего и пугающего ощущения ходьбы по шарику, затерянному в бесконечности.

В этих картинах Луны ученые не увидели ни одного кратера, ни большого, ни маленького…

Элеа не знала Марса, которого достигли к этому времени только исследовательские военные космические корабли. Но она видела "черных погонщиков". И здесь, на МПЭ, она узнала одного из них!

Когда она впервые увидела африканца Шанга, она выказала огромное удивление и назвала его словами, которые Переводчик интерпретировала следующим образом: "Погонщик с девятой планеты". Потребовалось очень долго дискутировать, чтобы понять, во-первых, привычку считать планеты не от Солнца, а с внешней стороны Солнечной системы. Во-вторых, то, что вышеназванная система состояла не из девяти планет, а из двенадцати, то есть за дальним Плутоном находилось еще три неизвестные планеты. Эта новость заставила всех астрономов Земного шара броситься в пучину подсчетов, напрасных наблюдений и едких дискуссий.

Но существовали эти планеты или нет, девятая, во всяком случае в представлении Элеа, была именно Марсом. Она подтвердила, что эта планета была заселена людьми с черной кожей. Несколько семей доставили на Землю на енисорских и гондавских кораблях. До этого на Земле не существовало ни одного чернокожего человека.

Шанга был потрясен и вместе с ним все чернокожие Земного шара, быстро узнавшие об этой новости. Невезучая раса, ее мытарства, оказывается, начались не с работорговцев! Уже тогда, в далеком прошлом, предки несчастных, вывозимых из Африки, были вывезены с небесной родины. Когда же прекратятся их страдания? Чернокожие американцы собрались в своих церквах и пели: "Господь, прекрати наши муки! Господь, верни нас на нашу небесную родину". Новая ностальгия рождалась в огромном коллективном сердце черной расы.

Поев и искупавшись, Элеа и Пайкан поднялись на маленькую площадку внутри Купола. Над прозрачным горизонтальным полудиском, который шел вдоль прозрачной стены, пучок волн показывал развитие различных облаков. Одно из них встревожило Пайкана. Проконсультировавшись с Элеа, он вызвал Центральную диспетчерскую погоды. Над полудиском появилось новое изображение. Это было лицо их руководителя Никана. Он выглядел очень уставшим, его длинные седые волосы спутались, глаза покраснели. Он поприветствовал их.

— Вы были дома этой ночью?

— Да.

— Вы видели? Это наводит на печальные воспоминания! Правда, вас в то время еще не было на свете. Нельзя допустить, чтобы эти мерзавцы могли действовать! Почему вы меня вызвали? Что-то случилось?

— Завихренность. Посмотрите…

Пайкан протянул три пальца и сделал какой-то жест. Изображение исчезло, посылаемое в Центральную диспетчерскую погоды.

— Я вижу… — сказал Никан. — Не люблю я все это… Если ее оставить как есть, она смешает все наши прогнозы. Какие возможности у вас в секторе?

— Я могу ее отклонить или стереть.

— Давайте, стирайте, стирайте. Не люблю я все это…

Башни Погоды контролировали и поддерживали над континентом метеорологические условия, позволяющие восстановить климат, разрушенный войной. Система была полностью автоматизирована. Пайкану и Элеа редко приходилось вмешиваться. В их отсутствие другая Башня сделала бы все необходимое, чтобы уничтожить в зародыше маленький вихревой циклон.

Дом развлечений в форме бледно-голубого конуса достиг Купола, обогнул его и сел на двенадцатиполосную разрушенную автодорогу, сквозь поверхность которой пробивались ростки деревьев. Автодороги не чинили. Заводы больше не производили машины на колесах. Весь подземный транспорт — платформы, проспекты, лифты — все было коллективным, на Поверхности же передвигались только по воздуху. С помощью различных приспособлений можно было подняться на несколько сантиметров от земли или же на значительную высоту, развить какую угодно скорость и садиться в любом месте.

Семейные пары послевоенного поколения, которые использовали дома развлечения, боялись пуститься в приключение далеко от Зева, как младенцы боятся удалиться от матери. Поэтому передвижные дома концентрировались по краям и в центре руин старых городов, которые обычно прикрывали подземные. Люди старшего поколения, помнившие жизнь на Поверхности, облетали весь континент в поисках островков еще живой природы и возвращались подавленные ужасным видением изуродованного пространства и разрываемые сожалением об исчезнувшем мире.

Элеа посмотрела, пришла ли почта. В прозрачном почтовом ящике были два оружия Ж и две маленькие сферы с Черными Гранулами. Кроме того, там было два почтовых пакета красного цвета — цвет официальной корреспонденции.

Элеа открыла своим Ключом ящик, с отвращением взяла оружие и Гранулу и положила на стол.

— Ты идешь слушать почту? — спросила она Пайкана.

Тот оставил Купол в автоматическом режиме и подошел. Он взял красные пластинки и насупил брови. На одной из них стояло его имя и печать Министерства обороны, на другом имя Элеа и печать Университета.