— …но перед этим, у нас, дамы, спа. Чтобы вечером быть неотразимыми.

Я провожу рукой по волосам Кейт, так как она сидит рядом со мной на диване.

— Это лишняя трата времени, — говорю я ей. — Нельзя улучшить совершенство.

Она слегка краснеет. Я ее просто обожаю.

Ди-Ди парирует:

— Это ты сейчас так говоришь, но подожди, вот увидишь ее потом. Нам сделают обертывание, депиляцию, выщипывание бровей и массаж. Клянусь, Кейт, после того, как над тобой поработает Рикардо? Ты никогда не будешь прежней. Это как после оргазма.

Мое любопытство берет надо мной верх.

— Кто такой Рикардо?

— Массажист Кейт.

Хм.

— Рикардо — странное имя для женщины.

Долорес закатывает глаза.

— Ну, да. Было бы странное, но Рикардо — что ни на есть — мужик. У него тело греческого бога, как у Арнольда Шварценеггера в его лучшие годы. И он знает, как им пользоваться — особенно руками.

Некоторые парни отнесутся нормально к подобной ситуации. Парни, сговорчивые на секс, типа Мэтью или такие понимающие, как Стивен. Они поцелуют свою девушку и скажут: «Хорошо тебе провести время, милая». Но, не смотря на мой эмоциональный рост за последние годы, это не по мне.

Поэтому я говорю:

— Да уж, нахрен, этому не бывать.

Кейт кладет свою руку мне на колено.

— Дрю, это всего лишь массаж.

— Я понимаю. Два слова — счастливый конец. И еще — ни за что.

Александра пытается помочь.

— Расслабься, братишка. Нет причин для ревности.

Я широко расставляю руки:

— А кто здесь ревнует? Я не ревную — потому что этому не бывать.

Я поворачиваюсь к Кейт и спокойно объясняю:

— Ты, правда, думаешь, что я буду тут спокойно сидеть, зная, что ты там — когда твои прелести прикрыты лишь тоненьким полотенцем — пока Рикардо-хренов-Монталбан тебя лапает? Заставляя тебя стонать? Хрен. Все твои стоны принадлежат мне — они полностью оплачены камнем на твоем пальчике.

Ди-Ди протягивает руку Мэтью.

— Я знала, что он не сможет с этим совладать. Гони деньги.

Он вытаскивает свой кошелек и кладет ей в руку двадцатку. Я разочарованно качаю головой в его сторону.

— Ты думал, мне это понравится?

Он пожимает плечами.

Я прищуриваю глаза.

— Я тебя не знаю.

— Рикардо — отличный парень. У него волшебные руки. Если бы я был геем, то вступил бы с ним в гражданский союз.

Из глубокого кресла с откидывающейся спинкой к разговору присоединяется Стивен:

— Ты позволяешь массажировать себя мужику? А ты не рассматриваешь такую вероятность, что ты уже гей?

— Иди в жопу!

Стивен смеется.

— Видишь, я об этом и говорю. Вот на эти скрытые послания и реагирует мой гей-радар.

Он выставляет свой палец и указывает им на каждого парня в комнате:

— Бип. Бип. Бип… — потом показывает на Мэтью. — Биииииииииииииииииииииииип.

Билли и Джек падают со смеху, а Стивен «дает им пять». Мэтью рукой показывает им знак, которым посылает их куда подальше. Что ему не особо помогает.

Кейт возвращает нас к теме разговора.

— Для тебя это, правда, такая проблема?

Я киваю.

— Абсолютно. Это испортит мне воспоминания обо всей неделе.

Она вздыхает и поворачивается к Долорес.

— Отмени мою запись.

Ди приходит в ужас.

— Ты же это несерьезно? — Она всплескивает руками. — Началось. Ты еще даже не замужем, а он уже тебя контролирует — диктуя тебе, что можно делать, а что нельзя.

Я подскакиваю в защиту Кейт.

— Она уважает мои чертовы чувства. Вот как бывает в нормальных, здоровых отношениях. Попробуй как-нибудь.

— Я невероятно сознательно отношусь к чувствам Мэтью!

Кейт вскакивает тоже.

— Ди, мы здесь, чтобы повеселиться, а не пытать моего жениха.

Ди-Ди надувает губы.

— Но пытать его и есть моя задумка о веселье. Кайфолом.

Тем не менее, она берет свой телефон и звонит в спа-салон.

Кейт устраивается рядом со мной, кладя голову мне на плечо. Я прижимаю ее ближе и целую в макушку.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Я улыбаюсь.

— Когда ты вернешься со своего прихорашивания, я хочу заполучить свое время с Кейт, которое ты мне задолжала.

Она поднимает голову и шепчет:

— А это включает в себя завершение того, что мы начали в самолете?